В полку террористов прибыло?

В номере нашей газеты за 29 октября мы подняли проблему потребительского терроризма. Проблему, как оказалось, важную ещё и потому, что растёт она как снежный ком. Все больше и больше граждан через юридические зацепки стремятся затерроризировать предпринимателей исками с требованием возместить якобы понесённые затраты.

Сегодня мы постараемся вывести на свет тех, кто выступает на стороне потребительских террористов. И попытаемся ответить на вопрос: как решить эту проблему, отравляющую наше общество? 

Господа провокаторы 

Вопрос потребительского терроризма не приобрёл бы столь угрожающих масштабов, не окажись в числе его адептов профессионалы с дипломом юриста в кармане. Именно этот «профессиональный юридический персонал» стал провоцировать и запускать процессы массового похода потребителей в суды. 
Никоим образом не хочу обвинять поголовно всех представителей юридического сообщества. Но слышать, что отдельные адвокаты или юристы сами настраивают клиента посудиться, приходится очень часто. И ведь даже не за гонорар. Интерес таких адвокатов — процент от отсуженных денег. При этом такой провокатор зачастую бывший сотрудник правоохранительных органов, прокуратуры или судебной системы, то есть тот, кто точно знает, как всё устроено, где у системы слабые места. 
Ранее я описывал историю судебного разбирательства вокруг техприсоединения дома к электросетям: там адвокат, как выяснилось в процессе, являлся именно провокатором, сам искал подобные случаи и предлагал свои услуги. Ещё одно подобное дело рассматривается сейчас в одном из районных судов Хакасии. Юрист из бывших сотрудников прокуратуры пытается поднять планку «возмещения ущерба» за якобы некачественно построенный частный дом с 8 миллионов рублей до 30! Однако и за адвокатами ведь есть свой надзирающий орган. В случаях, когда они выступают на стороне потребительских террористов, такому надзору, очевидно, надо приводить стряпчих в чувство. 
Вторыми пособниками потребительских террористов выступают так называемые приёмщики. Это те, кто профессионально принимает к сдаче дома и квартиры от застройщиков. Они изначально нацелены на поиск недостатков. Работают приёмщики, естественно, не бесплатно. Зачастую это достаточно компетентные в строительстве люди, не нашедшие себя, однако, в строительной сфере. Реже — люди из других профессий, но прошедшие экспресс-обучение в интернете и имеющие на руках некий документ. Приёмщики тоже провоцируют потребителя на конфликт с застройщиком, причём зачастую безосновательно, без ссылок на нормативную документацию. Их задача — оправдать свои услуги. Несомненно, есть при приёмке квартир и домов обоснованные претензии в адрес строителей, но в моей практике таких меньшинство.

Приёмщик в сером

Вместе с тем, законодатель давно уже определил роль приёмщика. Постановление правительства РФ от 23.03.2022 года № 442 «Об установлении особенностей передачи объекта долевого строительства участнику долевого строительства» определило к ним следующие требования:
— это специалист по организации архитектурно-строи-тельного проектирования и/или строительства, то есть человек с профильным образованием;
— его квалификация должна быть подтверждена сведениями о внесении в национальный реестр в области изысканий, проектирования или строительства, то есть у него должно быть уведомление о включении сведений о нём в нацреестр (НОСТРОЙ, НОПРИЗ);
— он должен быть сотрудником проектной(!) организации.
Я, конечно же, могу ошибаться, но с вероятностью в 99 процентов скажу, что так называемые приёмщики, работающие на рынке в нашем регионе, не соответствуют вышеуказанным требованиям. И потребитель, платя деньги за услуги, даже в случае удовлетворения судом своих требований не сможет потом через тот же суд компенсировать стоимость их работы. Получается, что такие услуги находятся вне правового поля.

А что же суд?

Если кратко, то для судебной системы действует принцип «клиент всегда прав». На примере моего участия в судах разной юрисдикции и в разных регионах в качестве эксперта или консультанта по стройке могу вспомнить лишь единичные случаи, когда названный принцип давал сбой. Да, застройщикам удавалось снизить взыскиваемую с них сумму. Но в любом случае застройщику почти всегда финансово «прилетало». 
При кулуарном общении представители судейского сообщества говорят, что судьи опасаются таких дел. При их рассмотрении работает другой принцип — лучше пусть будет апелляция от застройщика, чем жалоба в прокуратуру от «физика».

Эксперт — технарь, судья — юрист

Дополнительно как судебный эксперт могу добавить, что большой проблемой является отсутствие законодательно определённого механизма консультаций судьи с экспертом до вынесения определения о назначении экспертизы. Ведь в суде очень важно грамотно поставить перед экспертизой вопрос, чтобы она могла дать однозначный ответ. И уже на его основании и должно выноситься судом единственно верное решение. На данный момент такие консультации единичны. Да и те происходят для судьи «под страхом расстрела», так как правового механизма для их проведения нет. А у судей нет технических знаний в строительной сфере, чтобы заранее грамотно сформулировать вопрос для эксперта.

Что делать?

Чтобы решить эту проблему, нужно менять законодательство. Тот же закон «О защите прав потребителей». Хоть его и постоянно корректируют, но современным реалиям он всё равно не отвечает. 
Вот вам актуальный пример. «Террорист» через суд получает деньги, взыскивает с застройщика штрафы и прочие расходы, а затем спокойно перепродаёт квартиру, не устранив ни одного недостатка, за которые взыскал финансы со строителя. Угадайте, что сделает её новый собственник, когда обнаружит в своём жилище эти проблемы? Можно запускать судебную тяжбу по второму кругу и штрафовать опять застройщика? Или взыскивать за неустранённые недостатки с прежнего собственника? А если договор составлен так, что уже никаких претензий не предъявить?
Круг замыкается. Ещё вчера контролируемая ситуация становится неуправляемой и взрыво­опасной. Для нового собственника плохими в ней будут все. И по-своему он будет прав. 
Вариантом решения может стать обязанность потребителя исправлять недостатки, за которые он через суд получил компенсацию. Это как минимум справедливо, а как максимум безопасно для будущих иных владельцев жилья. Ведь если добросовестный потребитель идёт в суд с иском о безвозмездном исправлении застройщиком выявленных в жилье проблем, то последний их исправляет по закону. А вот если в суд за деньгами идёт потребительский террорист, то исправлять потом он ничего не собирается. Разные мотивы и разные последствия. 
Возникает в таких делах и ещё один вопрос. А кто должен контролировать, что все недостатки после суда исправлены? Как вариант — проигравшая в процессе сторона. Ведь если с неё взыскали деньги, она имеет право убедиться, что результат не хуже, чем был до начала судебной тяжбы. И у нас достаточно много контролирующих органов в стройке, чтобы отследить качество таких работ.

Несколько «вредных» советов

Многие помнят детскую книжку «Вредные советы». Психологи отмечают феномен тех стихотворений: ребёнок, увидев нелепость ситуации, сам осознаёт, что так делать нельзя.
Но если «террористов» мы уже не перевоспитаем, то застройщиков очень даже можем. 
Во-первых, при заключении договоров с ними вам нужна квалифицированная юридическая помощь. В документе, который вы будете подписывать, должны быть отражены наиболее вероятные риски и методы борьбы с ними. И прописать их нужно не на основе рекомендаций из интернета. 
Во-вторых, учиться, учиться и ещё раз учиться, как завещал нам один из классиков. И штудировать не интернет-форумы, а нормативную документацию по строительству.
В-третьих, обучать персонал, если вы работаете в сфере строительства и стройкой руководите. Каким бы умным ни был руководитель, если исполнители глупы — он обречён. Часто самые элементарные ошибки совершаются по одной причине — исполнитель не знает, как делать дОлжно. 

Переговоры не ведём?

В боевиках мы часто слышим фразу: «С террористами переговоров не ведём!» На мой взгляд, она актуальна и для ситуаций в реальной жизни, если вы столкнулись с потребительским терроризмом. И мне бы хотелось, чтобы этот обстоятельный разговор на важную тему послужил толчком для лиц, уполномоченных менять наши законы. Корректировок требуют и права потребителя, и права продавца. Обе стороны должны быть защищены от того вида терроризма, о котором мы столь обстоятельно поговорили. В противном случае можно прийти к буквальному воплощению в жизнь выражения «мочить террористов в сор­тире». С ними нужно и можно бороться иными способами. Как с санкциями — ведь и с ними же справились…

Алексей СТАРОДУБЦЕВ