Он побежит!

90-дневный марафон Герберта Тортачакова по маршруту Абакан — Казань — Москва, 20-летие которого пришлось на 2025-й, — от идеи до воплощения полностью инициатива Юрия Забелина. И сегодня вдова Юрия Николаевича Валентина Мельникова расскажет о своих впечатлениях тех дней.


Забелин поднял всех

— У Юрия Николаевича, как только он познакомился с историей Герберта Тортачакова, глаза заблестели от восхищения, — начала свой рассказ Валентина Григорьевна. — Ну, решила я, опять что-то грандиозное задумал... А история, вкратце, такова, напомню о ней. Герберт, уроженец станции Камышта Аскизского района, в свои 14 лет остался с пулей в голове: брат случайно выстрелил. У парня полностью отказала правая половина тела, к тому же он не мог разговаривать и даже есть самостоятельно, был прикован к кровати более года. Только железная воля, вопреки прогнозам врачей и страшным болям, позволила (через сумасшедшие тренировки) встать на ноги. Чего стоил ему этот подвиг — история отдельная. Но, думаю, не последний мотив — доказать отцу, что он станет полноценным человеком (сразу после ранения родитель заявил, что ты, мол, теперь инвалид на моей шее). Но инвалидность 2-й группы всё же осталась, почти не мешая той жизни, о которой мечтал Герберт.
Юрий немедля связался с доктором парня, а затем энное число раз заставил Тортачакова проверять здоровье и стал устраивать Герберту марафоны по Хакасии. И во всех сёлах героя встречали достойно: с организаторским талантом Юрий родился. Когда же парень накопил достаточное количество забегов, Юрий Николаевич решил: наш паралимпиец способен добежать до Казани (как спортсмены почти из всех регионов страны) в честь 1000-летия этого славного города. Герберт с радостью согласился, а врачи заверили: противопоказаний нет.
Глава Хакасии, в то время Алексей Лебедь, прослышав об этой, на его взгляд, авантюре моего мужа, сказал при встрече: «Забелин, Тортачаков в Казань не побежит!» На что Юрий ответил в том же тоне: «Тортачаков в Казань побежит!»
— Сейчас мне представляется немыслимым, — разводит руками Валентина Мельникова, — какую огромную работу проделал наш энтузиаст по организации забега, и всё по максимуму. Это же бесконечные поиск и уговоры-переговоры спонсоров, поддержка властей, общественности... Но Забелин поднял всех! Это он мог. Если уж заболел какой-то идеей — переубедить невозможно. Я пыталась: «Юра, что ты делаешь? Это действительно опасно для Герберта, да бог знает, что может случиться в дороге, ведь ты несёшь такую ответственность за него!» — «Вот я и несу!» — заявил он.
С 4 или 5 часов утра Забелин уже был в офисе и связывался со всеми районами, со всеми пунктами на пути Герберта. А это, считай, половина России. Превратился в человека-телефон... Он проверял и перепроверял себя, по линейке прокладывая путь бегуна по карте страны. (А позже и до Москвы.) От телефонных визави требовал, чтобы встреча в каждом селе или городе была торжественной, учитывая статус марафона, а также банька и угол для ночлега. Не отказал никто.
Домой Юрий возвращался поздно. От перенапряжения и на нервной почве у него случилась кожная болезнь, попал в инфекционное отделение Черногорской больницы. Вскоре я туда приезжаю, а доктор говорит: «Забелина у нас уже нет. Ушёл, сказав, всё, мол, хватит с него лечения — некогда».


Один? Такого быть не может!

— В забег мы Герберта отправили в первых числах июля 2005-го из Междуреченска, — рассказывает Валентина Григорьевна. — Я, понятно, не могла Забелина одного туда отпустить — в дороге его лечила: мазала, чем прописали, таблетки давала. С нами поехали журналист ГТРК «Хакасия» Людмила Растащёнова и оператор Владимир Якутович. Накануне мы беседовали с руководителями города, мало того — провели встречу в библиотеке с общественностью Междуреченска. Я, как литератор, не могла упустить случай: рассказала о нашем замечательном поэте Анатолии Кыштымове.
Оставив Герберта Тортачакова на попечение людей, которые с радостью взяли на себя эту миссию, вернулись в Абакан. Здесь Забелин по-прежнему денно и нощно отслеживал по телефону путь нашего героя по самолично проложенному маршруту. Но, конечно же, ближе к концу пробега мы приехали в Казань той же командой, да ещё внука прихватили (школа подождёт). В городе по поводу уж очень круглой даты было много гостей, и нас увезли в ближайший городок Алексеевск. Милый-милый городок, где мы прекрасно провели несколько дней, а к моменту встречи марафонцев вернулись в Казань. К слову, всё было организовано прекрасно.
Герберт не знал, что земляки приедут его встречать. Мы же утром рано спрятались в кустах при въезде в город, чтобы посмотреть, как он будет преодолевать последние метры — сфотографировать, снять на видео (Людмила с Владимиром) да устроить сюрприз в конце концов. И тут появляется Герберт в сопровождении машины (машины сменяли в каждом пункте, и специалисты готовы были оказать необходимую помощь, если что случится). Он добежал! Мы выпрыгнули из кустов, а наш мальчик упал на землю коленями и... заплакал. И я вместе с ним. Объятия, поцелуи — такая радость встречи! Это надо пережить...
На торжественное мероприятие у стен древнего Казанского кремля собрались марафонцы со всех уголков страны. Но... внимание! Они не инвалиды, да и бежали эстафетой: один пробежал — передал палочку другому. Мы же гордо сказали: «А наш бежал до Казани один!» Устроители: «Быть такого не может!» — «Но вы же видите этого человека!» (Да, да, весь диалог на восклицаниях.)
На площади у Казанского кремля наша Галина Кужакова провела обряд благословения, но перед этим сказала, что нужен текст, подходящий такому событию. И мне ничего не оставалось, как взять перо в руки. Я читала, а Галина Григорьевна рассыпала у стен кремля хакасскую землю, что привезла с собой. «Белопенным айраном окропляются небеса, — говорила я, — испрашиваем покровительства всемогущего синего Неба... Как ладони Неба и Земли согревают друг друга, так мир украсит живущих на Земле узами братства и дружбы народов...» Это лишь цитата из текста. (К слову: нынешней весной в Союз писателей Хакасии прислали медаль за заслуги в деле пропаганды тюркской культуры. Адресована Галине Кужаковой и Юрию Забелину. Вручили сыну Юрия Николаевича.) В Казани было множество интересных мероприятий, особенно экскурсия по красивейшему древнему городу. Так прошли два-три дня. За день до отъезда домой Забелин спросил: «Валюша, сколько у нас денег?» Говорю, что на обратную дорогу есть. А муж: «Оставь нам самый минимум, а всё остальное отдай Герберту».
— Разве он с нами не едет? — удивляюсь.
— А мы решили, что он побежит в Москву! — блеснул глазами Юрий.


Сердце, тебе не хочется покоя

— Вы представляете моё состояние? — эмоционально говорит Валентина Мельникова. — Мне стало плохо: «Юра, ты что на себя берёшь? Парень уставший, ну просто нельзя такое решение принимать». «Он всё осилит!» — в очередной раз настаивает Забелин. И мы уехали, а Герберт Тортачаков побежал в Москву. Само собой, Юрий Николаевич всё продумал и организовал. Договорился со спорткомитетом Казани, слава богу, люди там прекрасно работают, всё взяли на себя. Дома же Юрий вновь «сросся» с телефоном, отслеживая маршрут.
И однажды раздался междугородний звонок: «Вот мы стоим на Красной площади, Герберт добежал!» — радостно сообщает встретившая нашего героя писатель Людмила Костякова. Я прослезилась: слава богу, всё свершилось... 20 лет прошло, и всё для меня как сегодня. Хочется сказать: подвиг! Герберт Тортачаков — человек-подвиг! Такой забег действительно не имеет аналогов ни в нашей стране, ни в мире. Забелину же столько сил, энергии, сердца и нервов стоил этот марафон. Но по-другому он жить не мог. Выплёскивался. Такое впечатление, что всегда торопился — вот это надо сделать, и это, и ещё, и ещё...

Подготовила Татьяна ПОТАПОВА