Отгремев, закончились бои...

Нашей газете в ноябре прошлого года исполнилось 95. Её история — это история Хакасии, причём каждого дня без малого сотню лет. И в то же время (не столь явно, поскольку сугубо личное) — история судеб журналистов, работников нашего издания: и здесь что ни жизнь, то целая вселенная.

В силу же исторического времени — самые яркие судьбы, пожалуй, у тех, кто прошёл дорогами Великой Отечественной войны и, слава богу, остался жив, чтобы строить мирную жизнь. На нынешнем мини-вернисаже, к сожалению, не полном — лица тех журналистов, которые вернулись с фронта.

А сколько их, коллег, не вернувшихся с полей войны... Они исполнили миссию свою, чтобы дать ростки поколениям созидателей. Георгий Бугаев, литсотрудник сельхозотдела «Советской Хакассии», балагур и весельчак. Дошли вести, что он так и погиб — с песней на устах. Пётр Сапрыкин, руководивший редакцией в остро-тревожные 1937 — 1938 годы. Георгий Кожуховский, Александр Морозов, Владимир Грядовкин, Константин Филипповский и многие другие, включая работников областной типографии — ведь предприятия жили одной семьёй и одним делом, как и в уже мирные десятилетия.

Мне довелось (можно сказать, посчастливилось, хоть и недолго) поработать в «Советской Хакасии» с журналистами-фронтовиками Шамилем Булатовым, Львом Вишняковым, Андреем Зыковым, Василием Новиковым, Николаем Терсковым, Борисом Вдовиным, Вадимом Жилкиным, Михаилом Вшивцевым... Ты попадал в особый редакционный климат, где тон задавали закалённые боями мужики. Бесстрашные (оно и понятно), признававшие авторитет не по социальному статусу, а по уму и совести. А такой вектор в характере и мировоззрении задаёт война, когда воюешь за Родину, за семью, за други своя... О фронтовых буднях, подвигах, горе, радости победы даже речь не заходила (что свойственно всем, прошедшим войну). Но принципиальная позиция, требующая справедливости на всех уровнях (хоть власти, хоть производства и так далее), отражалась в редакционных статьях. Причём с результатом — была и такая рубрика: «Газета выступила. Что сделано?» Одни фельетоны чего стоили, того же бывшего воина-связиста Василия Уракова. Ему даже посвящали стихи... читатели:

Встречают так — увы! — не всякого.
Народ встречает так Уракова!
Вновь оживёт газетный лист —
Вернулся к нам фельетонист...

Мастером любого жанра был Лев Вишняков, на войне заслуживший награды, а за 30 лет работы в газете — признание Хакасии (да, тогда редко кто не читал периодику), он мог написать репортаж даже в стихах! И несть числа «молодняку», который у него учился профессии. Строгий на вид и профессионально-требовательный заместитель редактора Василий Борисович Новиков (бывшего учителя не называли без отчества и побаивались его правки текстов) был награждён медалями как танкист, а орден Красной Звезды получил за борьбу с японскими самураями. К боевым наградам добавилась мирная — «За трудовую доблесть». Трудяга редкостный, знавший о сельском хозяйстве Хакасии буквально всё и всех Николай Терсков, в своё время окончивший артиллерийское училище, участвовал в обороне Москвы и далее с боями немножко не дошёл до Берлина — был тяжело ранен. Но при этом управлял огнём батарей и эвакуировался в госпиталь только тогда, когда была отбита контратака противника (а ранение практически смертельное, но Николай очень молод и хотел жить). Среди прочих медалей — орден Отечественной войны II степени. В мирных буднях — та же ответственность за дело и, конечно, награды за труд.

Певца и баяниста Андрея Зыкова тянуло к себе небо, но он стал не лётчиком, а механиком, готовившим самолёты к боевым вылетам. Окончив школу младших авиаспециалистов, служил в 889-м ночном бомбардировочном авиаполку 2-го Белорусского фронта. От механика во многом зависело, вернётся ли друг из полёта. До конца жизни Андрей Иннокентьевич не мог без слёз слушать песню из фильма «В бой идут одни «старики»: «Клён зелёный да клён кудрявый...» А в 1945 году принял участие в авиапараде в Тушине, где с неба сыпал сажу, имитируя горящий вражеский самолёт. И снимки уже мирного фотографа нашей газеты порой были очень рискованны — в поисках нужного ракурса мог забраться на порядочную высоту.

Радостный умница и интеллигент, ответственный секретарь «Советской Хакасии» Шамиль Булатов — в своём роде легенда газеты. А пережитого хватило бы на несколько жизней... Ленинградский детский дом, артиллерийское училище, с 1942-го — участие в боях в составе Калининского, Степного, Воронежского и 1-го Украинского фронтов. Побег из плена, куда попал тяжело раненным... До июня 1945 года — в штабе артиллерии 2-го Белорусского фронта. Но потому что был в плену, для последнего места службы потребовалась реабилитация и восстановление в звании капитана. На деле всё это очень и очень непросто... В газету капитан Булатов пришёл с орденами Красной Звезды и Отечественной войны I и II степени, множеством медалей, в том числе «За отвагу». Легендой же стал, днюя и ночуя в редакции, чтобы все номера газеты были на должной высоте текстов и дизайна.

К сожалению, обо всех рассказать не представляется возможным, как и о том, что в редакционном коллективе (по контрасту с войной) было весело, радостно, с шутками, эпиграммами друг на друга и общими праздниками. Заслужили. Создали... Но поскольку речь сегодня идёт о Великой Отечественной, хочется в конце короткого рассказа добавить стихотворение журналиста «Советской Хакассии», поэта, переводчика, награждённого орденами Красной Звезды и Отечественной войны I степени, участника в том числе Сталинградской и Курской битв Геннадия Сысолятина:

Пусть красит небо жаркий бой
На дальнем западе пожаром.
Врагу ответит 108-й
Опустошительным ударом...