23:4523 апреля 2026
Говорят, театр начинается с вешалки, но в субботний вечер, 18 апреля, магия началась в фойе.
Посудите сами: за столом, покрытым зелёным сукном, сидят и попивают чай из фарфоровых чашек император Александр II с супругой, мило беседуют со зрителями. За соседним столом чиновник в мундире перебирает рабочие бумаги, он же, кстати, и звонил в колокольчик, призывая зрителей в зал. И за всем этим с портрета наблюдает сам Фёдор Михайлович Достоевский. Рядом — икона Пресвятой Богородицы. Вера — основной мотив творчества великого писателя.
И вот гаснет свет, и зритель оказывается в зале суда. На скамье подсудимых — Дмитрий Карамазов (актёр Олег Краснопеев), который обвиняется в убийстве своего отца. Хочется отдать должное игре молодого артиста: веришь ему от начала и до конца, пропустив через себя все переживания этого неоднозначного персонажа. И подтверждение тому — слёзы в глазах Олега после окончания спектакля, когда играть уже ничего не надо, а душа плачет.
Фёдор Михайлович подчёркивал, что истина познаётся через муки. Много было мук и страданий на сцене, истинных, экзистенциальных. И много зла. Зла привлекательного и омерзительного одновременно, завлекающего в свои сети тех, кто оторван от бога: и судью, обвинившего невинного, и генерала, в отместку за пораненную ногу своей гончей замучившего ребёнка.
И среди злодеев, убийц и воров — Смердяков (актёр Владислав Загарский). В окровавленной рубахе, истеричный, странный до безобразия, кричащий вместе со всеми, что раз бога нет, то всё позволено.
Идёт по этому пути неверия и Фёдор Павлович Карамазов, прекрасно сыгранный актёром Андреем Патрикеевым. Реально видишь на сцене сильно выпившего, падшего человека, грешного и бравирующего своей грешностью. Вот он стоит между своими сыновьями Иваном (актёр Виталий Зайцев) и Алёшей (Антон Артамонов) и спрашивает: «А есть ли бог?» — и получает от одного положительный, а от другого отрицательный ответ. А для себя давно уже решил: «По-моему, уснул и не проснулся, и нет ничего».
Интересным режиссёрским ходом стало введение в действие спектакля фигуры императора Александра II: то он сверху наблюдает за полем битвы — борьбой бога и дьявола за сердца людей, то произносит слова великого инквизитора, обращённые к Иисусу, из поэмы Ивана Карамазова: «К чему ты пришёл нам теперь мешать? И что ты, молча и проникновенно, глядишь на меня кроткими глазами своими? Рассердись, я не хочу любви твоей, потому что сам не люблю тебя» — и вопрошает: «Если они так говорят о боге, что ж тогда они думают об императоре?» И получает император-освободитель пулю от освобождённого народа, того самого «слабого и бессильного», что просит: «Лучше поработите, но накормите нас».
В спектакле старца Зосимы нет, но его образ, его мудрость незримо присутствует на сцене. Так, в зал суда по ошибке, идя на поклон к старцу, забредает убитая горем женщина, мать, потерявшая своего сына-трёхлетку. В романе Зосима находит для неё слова утешения, отправляет домой к мужу, вместе легче справиться с бедой. В спектакле её нечеловеческая боль остаётся непонятой людьми, брошенные в пустоту слова отчаяния наткнулись лишь на равнодушное: «Вы ошиблись, вы не туда пришли». Да, слезами человеческими пропитана вся земля.
Интересно мнение режиссёра спектакля Баатра Колаева о персонажах: «Достоевский через семью ставит диагноз обществу, человечеству в целом. Поэтому и Алексей мне не близок. И Митя. И Иван. Они по-своему ужасны. Каждый. И «Братья Карамазовы» сейчас актуальны как никогда, потому что мы все находимся в той самой точке пересбора себя».
Хочется, чтобы человечество смогло преодолеть все духовные кризисы. Ведь по мудрым словам старца Зосимы, человек создан для счастья. А просмотр таких спектаклей, как «Братья Карамазовы» [16+], думаю, поможет увидеть свои пороки и вступить с ними в непримиримую борьбу и достичь-таки радости и покоя в душе.
Посудите сами: за столом, покрытым зелёным сукном, сидят и попивают чай из фарфоровых чашек император Александр II с супругой, мило беседуют со зрителями. За соседним столом чиновник в мундире перебирает рабочие бумаги, он же, кстати, и звонил в колокольчик, призывая зрителей в зал. И за всем этим с портрета наблюдает сам Фёдор Михайлович Достоевский. Рядом — икона Пресвятой Богородицы. Вера — основной мотив творчества великого писателя.
И вот гаснет свет, и зритель оказывается в зале суда. На скамье подсудимых — Дмитрий Карамазов (актёр Олег Краснопеев), который обвиняется в убийстве своего отца. Хочется отдать должное игре молодого артиста: веришь ему от начала и до конца, пропустив через себя все переживания этого неоднозначного персонажа. И подтверждение тому — слёзы в глазах Олега после окончания спектакля, когда играть уже ничего не надо, а душа плачет.
Фёдор Михайлович подчёркивал, что истина познаётся через муки. Много было мук и страданий на сцене, истинных, экзистенциальных. И много зла. Зла привлекательного и омерзительного одновременно, завлекающего в свои сети тех, кто оторван от бога: и судью, обвинившего невинного, и генерала, в отместку за пораненную ногу своей гончей замучившего ребёнка.
И среди злодеев, убийц и воров — Смердяков (актёр Владислав Загарский). В окровавленной рубахе, истеричный, странный до безобразия, кричащий вместе со всеми, что раз бога нет, то всё позволено.
Идёт по этому пути неверия и Фёдор Павлович Карамазов, прекрасно сыгранный актёром Андреем Патрикеевым. Реально видишь на сцене сильно выпившего, падшего человека, грешного и бравирующего своей грешностью. Вот он стоит между своими сыновьями Иваном (актёр Виталий Зайцев) и Алёшей (Антон Артамонов) и спрашивает: «А есть ли бог?» — и получает от одного положительный, а от другого отрицательный ответ. А для себя давно уже решил: «По-моему, уснул и не проснулся, и нет ничего».
Интересным режиссёрским ходом стало введение в действие спектакля фигуры императора Александра II: то он сверху наблюдает за полем битвы — борьбой бога и дьявола за сердца людей, то произносит слова великого инквизитора, обращённые к Иисусу, из поэмы Ивана Карамазова: «К чему ты пришёл нам теперь мешать? И что ты, молча и проникновенно, глядишь на меня кроткими глазами своими? Рассердись, я не хочу любви твоей, потому что сам не люблю тебя» — и вопрошает: «Если они так говорят о боге, что ж тогда они думают об императоре?» И получает император-освободитель пулю от освобождённого народа, того самого «слабого и бессильного», что просит: «Лучше поработите, но накормите нас».
В спектакле старца Зосимы нет, но его образ, его мудрость незримо присутствует на сцене. Так, в зал суда по ошибке, идя на поклон к старцу, забредает убитая горем женщина, мать, потерявшая своего сына-трёхлетку. В романе Зосима находит для неё слова утешения, отправляет домой к мужу, вместе легче справиться с бедой. В спектакле её нечеловеческая боль остаётся непонятой людьми, брошенные в пустоту слова отчаяния наткнулись лишь на равнодушное: «Вы ошиблись, вы не туда пришли». Да, слезами человеческими пропитана вся земля.
Интересно мнение режиссёра спектакля Баатра Колаева о персонажах: «Достоевский через семью ставит диагноз обществу, человечеству в целом. Поэтому и Алексей мне не близок. И Митя. И Иван. Они по-своему ужасны. Каждый. И «Братья Карамазовы» сейчас актуальны как никогда, потому что мы все находимся в той самой точке пересбора себя».
Хочется, чтобы человечество смогло преодолеть все духовные кризисы. Ведь по мудрым словам старца Зосимы, человек создан для счастья. А просмотр таких спектаклей, как «Братья Карамазовы» [16+], думаю, поможет увидеть свои пороки и вступить с ними в непримиримую борьбу и достичь-таки радости и покоя в душе.
Не хватило времени
«Братья Карамазовы» — последний роман Фёдора Михайловича Достоевского. Задумывался как первая часть эпического романа «Жизнь Великого грешника». Был окончен в ноябре 1880 года.
Писатель умер через четыре месяца после публикации.
Ирина СОЛОМАТОВА
Материалы по теме
Комментарии: 0 шт
5
Оставить новый комментарий