Всё делают люди

В нашей семье хранится удивительная реликвия. Это не просто старая вещь, а настоящий мост сквозь время — пожелтевшие от лет страницы рукописного романа.

Почерк убористый, едва различимый, словно автор спешил выплеснуть на бумагу всё, что тяжёлым грузом лежало на сердце. Автор — мой прадед, Василий Афанасьевич Афанасьев. Человек-легенда, прошедший сквозь огонь Великой Отечественной войны, чтобы потом учить детей, разводить пчёл и писать книги о том, как важно просто жить.

История моего прадеда началась в канун Нового года, 31 декабря 1917 года, в сибирской коммуне, которая позже стала деревней Будёновкой в Бейском районе Хакасии. Время было суровое, голодное. В их большой семье родилось 11 детей, но испытания тех лет пережили лишь шестеро. Чтобы выжить, нужно было держаться друг за друга и много трудиться. Уже в 30-е годы, когда в наспех сколоченном бараке открылась первая начальная школа, 19-летний Василий вместе со своими старшими братьями, Виктором и Фёдором, стал там учителем.

А ещё прадедушка часто и с улыбкой вспоминал 1928 год. Тогда в их края приехал легендарный командарм Семён Будённый и, по семейному преданию, останавливался на постой именно в доме Афанасьевых. Возможно, дыхание большой истории, которое принёс с собой этот визит, и зародило в Василии тягу к знаниям.

Сам прадед любил шутить над собой: говорил, что отправился покорять Ленинград «в лаптях, как Ломоносов». Но за этой самоиронией скрывалась железная воля. 1 августа 1937 года деревенский парень с первого раза поступил на исторический факультет Ленинградского педагогического института имени А.И. Герцена. Он мечтал изучать историю, но судьба распорядилась так, что ему пришлось стать её творцом.

В августе 1941 года прадед получил диплом учителя средней школы. Но вместо указки и мела ему пришлось взять в руки оружие. Из его родного института на фронт ушли больше тысячи студентов и преподавателей, свыше 400 из них так и остались на полях сражений. Мой прадед выжил, хотя воевал в самом пекле.

Он защищал Ленинград, командуя миномётной батареей. Я часто пытаюсь представить, каково это: стоять насмерть на Пулковских высотах, когда земля дрожит от взрывов. Именно там, под шквальным огнём, его батарея подавила минометную батарею фашистов. За этот подвиг прямо на истерзанном снарядами поле боя капитану Афанасьеву вручили орден Александра Невского.

Прадед прошёл всю вой­ну. Майор, командир 1-й миномётной роты 796-го стрелкового полка 141-й стрелковой дивизии 60-й армии Центрального фронта. Его парадный пиджак был тяжёлым от наград: орден Александра Невского, два ордена Красной Звезды, ордена Отечественной войны и Славы, медали «За отвагу» и «За боевые заслуги». Позже, в мирное время, его портрет заслуженно украсил Доску почёта в Аскизском военкомате как первого орденоносца района.

Но война подарила ему не только шрамы и медали. Она подарила ему любовь. Когда советские войска с тяжёлыми боями отступали через Воронеж, к колонне солдат прибились две испуганные девчушки, спасавшиеся от фашистов. Так мой прадед встретил Елену Петровну — мою будущую прабабушку. Хрупкая девушка стала бесстрашным бойцом: старшим сержантом, радисткой 120-й миномётной роты 796-й стрелковой дивизии, а порой ей приходилось ходить и в разведку. На её груди тоже засияли награды — орден Славы, медали «За отвагу» и «За боевые заслуги». Они поженились прямо на фронте и прошли этот страшный путь рука об руку. Любовь оказалась сильнее смерти: однажды прабабушка Лена вынесла раненого мужа с поля боя.

После Победы они вернулись к мирной жизни. Сначала был Ленинград, где прадед преподавал историю, затем Воронеж, где он учил старшеклассников и где на свет появились первые дети — моя бабушка Зоя и дед Витя. Но зов родной сибирской земли оказался сильнее, и в 1951 году семья вернулась в Хакасию, в Бею. Здесь родились ещё двое детей: дед Владимир и баба Люба.

Вся послевоенная жизнь Василия Афанасьевича была посвящена созиданию. Он работал директором школы и учителем в Аскизе, а с 1966 по 1975 год руководил школой в таёжном посёлке Бирикчуль. Человек, видевший столько горя и разрушений, в мирное время тянулся к природе: держал пасеку, разводил кроликов. Был заядлым охотником и мастеровитым хозяином. В нашей семье до сих пор висит на стене сделанное его руками чучело головы марала.

Но главным наследием стала память, запечатлённая в слове. Прадед много писал — сначала это были рассказы для районной газеты, а затем родился большой труд: роман в трёх книгах под названием «Всё делают люди». Он посвятил его своим братьям — Фёдору, Борису и Виктору, так и не вернувшимся с войны. На титульном листе выведено горькое и гордое посвящение: «Павшим в борьбе за жизнь».

Три книги — «Отстреленная гильза», «Смерти назло» и «Жить надо» — это не просто литература. Это пульс целой эпохи. Сейчас мы всей семьёй, буква за буквой, осторожно разбираем его выцветшие трудноразборчивые строки, переводим в электронный формат. Мы уже закончили первую главу, где главным героем выступает майор Фёдор Шпат.

Когда я перелистываю эти страницы старой инвентарной тетради, мне кажется, что я слышу голос прадеда. Через эти строчки на меня смотрит поколение победителей — людей из стали, которые смогли не только сломать хребет врагу, но и сохранить в себе человечность, любовь и свет.

Александр Малыше,
учащийся 7-го класса
Кайбальской школы