Исторический аспект

Конституции Республики Хакасия 25 мая исполняется 30 лет. Как создавался Основной закон, рассказывает государственный советник Республики Хакасия, депутат законодательного органа восьмого созыва, председатель Верховного Совета с 1992 по 2023 год Владимир Штыгашев.

Это было время глобальных перемен в стране. Параллельно с работой над Конституцией Хакасии Владимир Николаевич участвовал и в подготовке нового Основного закона Российской Федерации:

— Нелегко было с Конституцией Республики Хакасия. В первом чтении её приняли только в октябре 1994 года, хотя к 1993 году она была сформирована на 95 процентов. В ходе подготовки мы руководствовались Конституцией РСФСР, которая в то время ещё существовала, но уже шли разговоры о принятии нового документа, затем началась и работа над ним. Всё лето 1993 года я вместе с депутатами Александром Семёновичем Сунчугашевым и Ростиславом Ивановичем Цыкало ездил в Москву на совещания по подготовке новой Конституции России. Так был составлен её проект.

Работа шла тяжело, нервно. На последнем конституционном совещании я стал свидетелем того, как депутата Верховного Совета РСФСР Юрия Слободкина натурально вынесли из зала за порог. То есть уже начинался беспредел. Развязка наступила в октябре 1993 года, когда российский парламент расстреляли из танков. Стало не до Конституции.

Тем удивительнее оказалась новость о том, что Конституция России готова и будет вынесена на всенародный референдум. Мне до сих пор непонятно, кто утверждал её текст после расстрела парламента. Но по факту 12 декабря 1993 года утром все проснулись, к вечеру проголосовали, так и появилась новая Конституция России. Мы, естественно, перешли на базу этого документа.

Личное несогласие я оставил при себе. Атмосфера была настолько накалена, что хватило бы миллиметрового шажка, чтобы полыхнул огонь гражданской войны. Сегодня, по истечении времени, всем понятно, что в России могла быть так называемая цветная революция. Мы смогли остановиться. На самом краю, но смогли!

21 октября 1994 года Конституция Хакасии была принята в первом чтении. Три месяца в республике шло всенародное обсуждение, после чего была сформирована таблица поправок. 26 января 1995 года Основной закон был принят во втором чтении. В окончательном виде Конституция Хакасии была утверждена на сессии Верховного Совета 25 мая 1995 года.

В итоге это стало началом создания всей ­законодательной системы Хакасии. Ведь если в республиках — бывших АССР уже были свои Конституции и законы, которые ещё лет пять после распада СССР действовали, то у нас их просто не существовало. Поэтому в короткое время все необходимые акты приняли.

Кстати, тогдашним демократам название «Верховный Совет» сильно не нравилось. Говорили, отдаёт советским империализмом. Объяснил просто. У нас есть сельские, поселковые, районные, городские Советы, поэтому название «Верховный Совет» вытекает не только из сути, но также из логики.

Меня также часто спрашивают: «Владимир Николаевич, ради принятия Конституции Хакасии вам пришлось чем-то пожертвовать?» И я всегда отвечаю: «Особо жертвовать было нечем. А вот настоять — да! Пришлось!»

Помню, возник спор вокруг 58-й статьи, которая говорит о том, что Хакасия — это государство в составе Российской Федерации. Из-за этого слова некоторые аж на дыбы вставали.
Открываем статью 5 Конституции России и читаем: «Российская Федерация состоит из республик, краёв, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов — равноправных субъектов Российской Федерации». Это первое.

И второе: «Республика (государство) имеет свою Конституцию и законодательство. Край, область, город федерального значения, автономная область, автономный округ имеет свой устав и законодательство».

Будете спорить с Конституцией Российской Федерации?

Но если ответить на вопрос до конца: «Почему республики именовали государствами?» — то здесь надо иметь в виду то, что национальные республики имеют тысячелетние корни, историю, собственную культуру. Представители этих народов ниоткуда не пришли, их сюда не сослали, не привезли. Они всегда тут были, и они составляют вместе с русским народом ядро Российской Федерации.

Что касается споров в стенах Верховного Совета, то они случались всегда, потому что одинаковых позиций не бывает. И уровень подготовки, знаний, правовой культуры у депутатов разный. Не стоит думать: человека избрали и он в момент стал опытным законодателем. Так не бывает. Поэтому разногласия возникали, в том числе из-за некомпетентности и элементарного незнания. Доходило и до абсурда.

Депутат встаёт и говорит: «А что нам даёт Конституция? Хлеба, золота, зрелищ?» Вот так выступали депутаты в 1995 году. Не понимали, что Конституция есть договор об общественном согласии в Хакасии. Что на основании этого документа Верховный Совет примет такой свод законов, который будет работать на благо и процветание нашей республики.

Из депутатов первого созыва я хотел бы выделить таких активных людей, как Аркадий Иосифович Ройтштейн, Василий Фёдорович Широкий, Нургали Тимергалеевич Сафин, Наталья Николаевна Канзычакова, Сергей Сергеевич Безносюк, Любовь Иосифовна Аёшина, Александр Густавич Швайгерт, Владимир Аронович Азовский, Николай Романович Рыбаков, Виктор Васильевич Идт, Константин Михайлович Цитлидзе, Василий Платонович Степанович, Галина Яковлевна Ремишевская, Николай Платонович Лузанов, Николай Иннокентьевич Сайбараков, Александр Семёнович Сунчугашев, Юрий Александрович Шпигальских, Геннадий Иннокентьевич Цыпышев, Владимир Васильевич Карлов, Пётр Ульянович Полтавец, Эльза Михайловна Чиркова.

Как видите, среди них были хакасы, русские, белорусы, евреи, татары, немцы, но они все как один были за свою малую родину.

Я вспоминаю ту бучу, которую затеяли провокаторы вокруг хакасского языка. Когда на самом крутом вираже встал Аркадий Ройтштейн и сказал: «Я с 1963 года работаю в Хакасии, начинал ещё в Аскизском вагонном депо. И я не понимаю, почему хакасский язык не может быть государственным в нашей республике. А где его признают государственным? В Японии? Или в Америке, в штате Иллинойс? Может, удмуртов попросим или якутов, они там признают?!

Да где, как не на исторической для хакасов территории, где все народы живут комфортно, никто никого не притесняет и не выгоняет, хакасский язык должен получить государственный статус!»

Вот когда такие люди выступали, все новообращённые демократы-ниспровергатели тут же замолкали. Потому что одно дело всё ломать и ложиться под Америку и совсем другое — искренне, всей душой болеть за ту землю, где ты сейчас живёшь и работаешь...

Конституция — не догма, это живой организм, который развивается и в тот или иной отрезок исторического развития требует изменений. Появляются новые вызовы, новые реалии: социально-экономические, политические и другие. Единственно, нужно понять, в какой степени необходимо менять Основной закон Республики Хакасия. И делать это взвешенно. Никак не впопыхах, в угоду моменту. С умом, со здравым смыслом и таким образом, чтобы общество только выигрывало.