Собачья ситуация

№ 34 (24849) от 28 марта
Одичавшие и сбившиеся в стаи собаки начинают вести себя, как хищники. Одичавшие и сбившиеся в стаи собаки начинают вести себя, как хищники.
Фото: Станислав Побеляев, архив «Хакасии»

В нашей жизни довольно много проблем, не погрузившись в которые никогда не понять остроту страстей, вокруг них кипящих. Вот, например, тема бродячих псов.

Часто ли она вас беспокоит? Предположу, что не особо. Но ровно до того момента, пока она не встанет перед вами во плоти, то есть на четырёх лапах, разинув зубастую пасть, готовая атаковать. Согласитесь, при такой степени погружения в проблему ситуация с бродячими собаками начинает играть несколько иными красками.
Впрочем, не все смотрят на вопрос с описанной стороны. Хотя информации о покусанных людях мелькают в новостных лентах с завидной регулярностью. У одичавших четвероногих есть множество защитников, готовых ради них покусать кого угодно. Ладно, не покусать. Но побить — точно. Прецеденты уже были.

Публичная дискуссия

На прошлой неделе найти некий компромисс в собачьем вопросе попытались на заседании экспертного совета по вопросам сельского хозяйства и продовольствия при Верховном Совете. Читатель, дружащий с логикой, тут же задаётся вопросом: а каким же это способом сельское хозяйство скрестили с бродячими псами? Или последние теперь стали давать молоко и ценные килограммы диетического мяса? Вовсе нет. Таковы курьёзы нашего законодательства. И управленческих решений, принятых на его основе.
В части регионов страны бродячими псами занимаются министерства, отвечающие за природные ресурсы, а Хакасия оказалась в числе территорий, где четвероногие друзья попали в зону ответственности минсельхоза. Ну а дальше по управленческой и ведомственной вертикали вопрос спустили в муниципалитеты. В районах это управления по развитию сельского хозяйства. К чему такое положение дел привело на практике, весьма эмоционально пояснила Наталья Михайлова, возглавляющая в Алтайском районе соответствующий орган.
— Коллеги, нам сельским хозяйством заниматься попросту некогда. Мы не к посевной сейчас готовимся, а отлавливаем собак! Организуем этот процесс: принимаем заявки от граждан, отвечаем на их жалобы по нападениям псов. А ещё проводим ежемесячный мониторинг состояния дел в этой сфере. Отчёты бесконечные пишем. Когда мы будем заниматься сельским хозяйством? — адресовала она вопрос собравшимся.
В их числе, кстати, были многие руководители аналогичных районных управлений из других территорий. И точка зрения на проблему у них едина.
— Я в семь часов иду на работу, а у меня уже телефон разрывается: «Спасите нас от агрессивных собак!» — делится особенностями своей работы по развитию сельского хозяйства Александр Пучкин, возглавляющий профильное управление в Орджоникидзевском районе.
Возмущают специалистов управлений и финансово-бюджетные приоритеты. По их словам, на растениеводство в республике в этом году заложено 100 миллионов рублей, а на решение проблемы бродячих псов больше 114 миллионов.
При этом муниципальные служащие должны самостоятельно определять степень агрессивности псов. И от этих решений зависит дальнейшая судьба четвероногих (агрессивных животных следует пожизненно содержать в приютах). Хотя такие выводы специалисты по сельскому хозяйству могут делать лишь субъективно, никаких курсов на эту тему они не проходили, квалификацию до уровня ветеринара, кинолога или зоопсихолога (есть и такая профессия) не повышали. Между тем вопрос определения степени агрессивности домашней и уже одичавшей домашней живности для муниципальных чиновников принципиальный. Ведь с них за принятые решения потом могут спросить как покусанные псами люди, так и владельцы собак, которые были признаны опасными. Мол, на каком, собственно, основании моего Шарика пожизненно упекли за решётку собачьего приюта?

Откуда лапы растут?

Тема гуманного обращения с животными была закреплена в федеральном законодательстве в 2023 году. С тех пор в основу действий исполнительной власти был положен принцип «отлов — стерилизация — вакцинация — возврат». Через своих представителей в Госдуме зоозащитники добились того, что на умерщвлении собак и кошек был поставлен законодательный крест. Чуть позже в федеральном законе появилась статья о жестоком обращении с животными с санкциями вплоть до уголовной ответственности. Но при этом система контроля, учёта и содержания бездомного зверья в регионах выстроена не была, как не были на это заложены средства. Вопрос попросту спихнули на регионы.
— Мы посчитали ещё в ценах 2022 года, что для содержания в приютах семи тысяч бродячих собак, стоящих тогда на учёте, а на самом деле их около 10 тысяч, нам нужно выделить восемь гектаров земли, — говорит министр сельского хозяйства Хакасии Сергей Труфанов, — и на этих гектарах построить питомники за 1,2 миллиарда рублей. Нанять 50 сотрудников, которым ежегодно платить около 300 миллионов. И ещё обеспечивать коммунальные платежи на 250 миллионов.
Вот такая министерская арифметика. Добавим к этому, что в 2018 году, когда вопрос обращения с бродячими животными встал на повестке, Хакасия тратила на него три миллиона рублей ежегодно, теперь же расходы выросли до 114 миллионов.
Проблему могли бы решить чёткие правила эвтаназии бродячих четвероногих. И по этому пути, видя очевидный тупик существующего федерального подхода, пошли в Бурятии. Однако местные зоозащитники оспорили уже принятое решение властей в Верховном суде региона и двинулись дальше. Теперь дело рассматривается в Конституционном суде России. Не каждый человек дойдёт до такой инстанции, собаки, однако, сумели.

Что делать?

В сложившейся ситуации регионы страны самостоятельно ищут выход из клыкастой проблемы. В Хакасии бремя по поиску решения взял на себя экспертный совет по вопросам сельского хозяйства и продовольствия при Верховном Совете республики. Возглавляющий его председатель комитета парламента по сельскому хозяйству Иван Вагнер настроен решительно.
— Собак становится всё больше и больше, количество сбившихся в стаи запредельно растёт. Дошло до того, что это уже стало проблемой для фермерских хозяйств. Разъярённые псы могут за пять минут порвать сто голов, даже не моргнув. Без хозяев они становятся такими же агрессивными, как и волки. Я не сторонник крайних мер, но иногда только это даёт реальный результат, — считает Иван Эрвинович.
Добавляя, однако, что нужно встречаться на заседании экспертного совета и с зоозащитниками, дабы услышать их аргументы и найти разумный компромисс. Пока же совет намерен принимать все предложения заинтересованных сторон, чтобы оформить их в статьи, которые лягут в основу регионального законопроекта, призванного разумным способом решить перезревший вопрос с одичавшими домашними животными.

Виктор ЛЕБЕДЕВ

Мнение

Ольга Городкова, председатель комитета по экологии, природным ресурсам и природопользованию Верховного Совета Республики Хакасия:
— Вопрос безнадзорных животных был одним из первых после начала моей работы в Верховном Совете, который мы начали обсуждать. У меня к этой теме личное отношение. Бродячая собака разорвала моей сестре лицо. Когда один раз это увидишь, то уже не забудешь. Не забуду я и как сына руководителя ЗАГСа в Саяногорске изодрала собака. Сейчас мы, к сожалению, оказались в ситуации, когда на одну чашу весов кладём жизнь человека, а на другую животного. И происходит это из-за безответственности владельцев собак, которые их заводят, но потом по разным причинам бросают.
Я против запретительных мер. Но в этом вопросе я за то, чтобы увеличивать штрафы для владельцев животных за ненадлежащее обращение. И ещё один важный момент выделила бы. Пока мы к этой ситуации не начнём относиться системно, не решим проблему. Эвтаназия вопрос не решит, как не решит его и иной порядок учёта домашних животных в муниципалитетах. Нужен большой комплекс мероприятий, который станет реализовываться, что называется, здесь и сразу. Но и в этом случае мы получим отложенный эффект. Проблема слишком застарелая. Я рассчитываю, что в ходе публичного обсуждения мы найдём действенные варианты её решения.



Просмотров: 99