«Ждут, чтобы я поскорее уже сдохла!»

№ 211 – 212 (24068 – 24069) от 7 ноября
«Ждут, чтобы я поскорее уже сдохла!»
Фото: dneprovec.by

80-летней пенсионерке из Белого Яра Кульжамиле Косоговой приходится в одиночку выживать и одновременно участвовать в судебном процессе. У женщины рак щитовидной железы, и при этом в любой момент она может оказаться под угрозой «законного выселения» своей родной дочерью.


Кому «задолжала» Кульжамиля?

В сентябре 48-летняя медсестра районной больницы Валентина Савоста подала на мать в суд. Она решила взыскать с больной пенсионерки сумму «неосновательного обогащения» — вернуть свои деньги по коммунальным платежам.
До 2015 года мать исправно платила за квартиру Валентины, в которой живёт, но теперь, когда сама нуждается в уходе и много денег ей приходится тратить на лекарства, она уже не в состоянии ежемесячно оплачивать коммунальные счета.
Более того, старушка никак не может понять — о каком «обогащении» в судебном иске идёт речь? Если вся недвижимость, которой сейчас владеет Валентина со своими детьми, фактически была куплена на средства Кульжамили.
Никто из них не позвонит, не спросит, как она, жива ли? Не поздравит с днём рождения, не навестит больную, не предложит свою помощь. «Ждут, чтобы я поскорее уже сдохла!» — с горечью признаётся пенсионерка.
С чего всё началось?
— Я — казашка, а в паспорте написали татарка, — рассказывает о своих корнях Кульжамиля Косогова. — Родилась в городе Павлодаре, откуда потом наша семья перебралась в Семипалатинск. Мой отец погиб на войне, я его не видела, мать всю жизнь, сколько себя помню, сильно пила. Когда мне было семь лет, а моей младшей сестре Розе три года, она бросила нас и уехала на заработки в Россию.
Так Кульжамиля оказалась в детском доме. Но, разыскав мать через много лет, нашла в себе силы забыть прошлое и простить.
— Я тогда в лёгком платьице с одним маленьким чемоданом приехала к ней в Черногорск, мне было всего 17, — вспоминает Кульжамиля. — Мать работала на кирпичном заводе, жила в общежитии. Увидела меня и даже бровью не повела: стоит в коридоре, курит.
До самой своей кончины сбежавшая когда-то родительница так и не озаботилась судьбой собственной дочери, пила да гуляла. Осознав, что маму не перевоспитать, Кульжамиля не стала ждать от неё поддержки. Сняла в аренду жильё, пошла работать. Всего добивалась в жизни своим трудом и упорством, без посторонней помощи. Была мотористкой, заряжала аккумуляторы электровозов на шахте, трудилась в общепите. Потом окончила Абаканское медицинское училище и много лет, до самого ухода на пенсию, работала медсестрой в Абакане. Здесь о ней до сих пор вспоминают добрым словом бывшие коллеги и пациенты Республиканской клинической больницы имени Г.Я. Ремишевской, городской стоматологической поликлиники, Хакасского психоневрологического диспансера.
Похоронив ещё в молодости двоих мужей, всю свою заботу женщина переносила на любимых детей — сына и дочь. Им она отдавала всю себя без остатка (хотя, по собственному признанию, была с детьми очень строгой). Годами ради их благополучия и комфорта трудилась сразу на трёх работах, жертвуя не только своим отдыхом, но и личным счастьем.
За всю жизнь Кульжамиля испытала многое, ей пришлось нелегко. Она с самого детства не понаслышке знала, что нужно рассчитывать только на себя. Но никогда не думала, что собственная дочь не только бросит её в болезни и немощи, но и будет судиться с ней и сживать со свету.


Не делай добра…

— В 2013 году я сломала руку и очень долго болела, — поясняет Кульжамиля Косогова. — Дочь Валентина уговорила меня продать свой дом (2 миллиона 800 тысяч рублей) и купить две квартиры — мне и старшей внучке Маше. Чтобы хватило денег, я отдала все свои сбережения, грузовик, золотые украшения и другое имущество. В итоге сумма получилась немалая — четыре миллиона рублей. Документы по покупке Валентина оформляла сама, расписку на деньги я с дочери, конечно же, не брала. А потом оказалось, что одну квартиру, купленную в Абакане по улице Володарского, Валентина оформила на внучку Машу, другую (в Белом Яре, в переулке Садовом) — на себя.
Это вскрылось после того, как пенсионерку, которая так не хотела уезжать из Абакана, дочь поселила в Белом Яре. Купив мебель и обустроившись в квартире, Кульжамиля решила материально помочь своему сыну, живущему в Красноярске (он практически инвалид по зрению, полноценно работать не может, а ещё нужно платить ипотеку). Женщина попросила Валентину вернуть сумму, оставшуюся от продажи дома. В ответ дочь, по её словам, устроила скандал. Заявила, что денег нет, а приобретённую недвижимость она оформила на себя и теперь в любой момент может выселить мать в дом престарелых.
— Вот тогда и стало понятно, какую неблагодарную дочь я вырастила, — сокрушается Кульжамиля Косогова. — Поначалу из-за этого сильно переживала, очень много плакала от несправедливости, до того, что даже галлюцинации начались. Ну, думаю, хватит, у меня катаракта, кто за мной будет ухаживать, если я ослепну? Подала на дочь в суд, хотела отсудить квартиру, так как она куплена на мои деньги, но проиграла: расписок-то нет.
С тех пор отношения между родственниками очень тяжёлые. По словам пенсионерки, дочь её ни во что не ставит, грубит, насмехается. Не раз угрожала выселить из квартиры. Утверждает, что та ни на что не имеет права, а сама Валентина ей ничем не обязана. При этом дочь и обе внучки вот уже шестой год совсем не интересуются жизнью старушки, они бросили её на произвол судьбы.
У Кульжамили очень часто бывает повышенное давление, женщину на скорой помощи даже увозили в стационар, но родственники ни разу не навестили её. К слову сказать, старшая внучка Косоговой Мария — врач-терапевт, работает в той же районной больнице, где и дочь Валентина (медсестра детского отделения хирургии).
Сейчас у бабушки нашли рак щитовидной железы, нужна срочная операция, только оперироваться она не хочет. «Я не боюсь смерти, потому что меня ничего не держит, — говорит Кульжамиля. — Уже недолго осталось мне, сколько проживу — и ладно».


Сестра немилосердия?

Перед тем, как подготовить этот материал к печати, мы пытались связаться с дочерью и внучкой Кульжамили Косоговой. Не получилось. Адвокат, представлявший интересы Валентины Савоста в гражданском процессе, устроить по нашей просьбе встречу со своей доверительницей, очевидно, не посчитал нужным или просто не сумел. На телефонные звонки обе женщины ни разу не ответили.
И вот как прокомментировал историю белоярской пенсионерки адвокат Николай Радикевич:
— Случай с моей клиенткой Кульжамилёй Косоговой — вопрос не столько юридический, сколько нравственный. Да, с точки зрения закона дочь ничего не нарушила, обратившись с судебным иском о взыскании денежных средств за проживание в её квартире ответчицы, которая пользуется водой и электричеством. Но мне лично вообще-то непонятно: как можно предъявлять иск к тяжелобольной матери, которая тебя родила, вскормила, воспитала, обучила, всю жизнь материально поддерживала, а сейчас фактически осталась одна и должна рассчитывать только на себя, не надеясь ни на кого, в том числе на помощь родной дочери. При том, что эта самая дочь, между прочим, работает в медицинском учреждении, где должны царить известные принципы отношения к пациентам — любовь, милосердие, благодеяние и справедливость. И я вот всё думаю: уж если медработник так относится к больной матери, то как она может относиться к совершенно чужим больным людям, находящимся у неё под присмотром?
P.S. На сегодняшний день суд по иску Савоста к её матери уже состоялся. Часть предъявленных требований удовлетворена. Юристы, которые сочувствуют бабушке и помогают ей на безвозмездной основе, подготовили и предъявили в суд исковое заявление Кульжамили Косоговой к Валентине Савоста о взыскании алиментов. Этот иск пока не рассмотрен. На решение о взыскании с Косоговой неосновательного обогащения подана апелляционная жалоба в Верховный суд РХ.

Тамара КИРИЧЕНКО



Просмотров: 1733

Материалы по теме