Истинная наука подмены не терпит

№ 161 – 162 (24268 – 24269) от 27 августа
Истинная наука подмены не терпит
Фото Александра Колбасова

В последнее время идёт много разговоров о тех положительных изменениях, которые в ближайшее время ожидают Хакасский научно-исследовательский институт языка, литературы, истории (ХакНИИЯЛИ).

Сбившиеся с дороги

Новость, конечно, приятная, однако людей, понимающих и разбирающихся в вопросах фундаментальной науки, здесь многое настораживает. Например то, что реформистская волна попутно маскирует наличие в институте сомнительных направлений. И чтобы это понять, достаточно задаться простым вопросом: «А чем, собственно, должна заниматься такая научная организация, как Хак­НИИЯЛИ?»

В своё время научные учреждения с аббревиатурой «НИИЯЛИ» появились во всех национальных республиках и автономных областях СССР. Их цель как раз заключалась в работе с языком коренных народов, с изучением и сохранением истории народов, их литературы, фольклора, традиций, культуры и так далее. Никаких других задач им не ставилось. Только чистая наука, которой все «НИИ­ЯЛИ», включая ХакНИИЯЛИ, долгое время и занимались.

Но пришли дурные времена, и в данной научной среде пошли разброд и шатания. Институты стали переименовываться, переквалифицироваться, а главное, уходить от базовой науки к прикладной. И теперь у наших ближайших соседей в Туве больше нет ТувНИИЯЛИ, потому что он превратился в ТИГПИ (Тувинский институт гуманитарных и прикладных социально-экономических исследований).

Наш ХакНИИЯЛИ название сохранил, но благодаря предыдущему директору, простоявшему во главе института 20 лет, суть поменял кардинально, задвинув настоящую науку на задворки более популярного, коммерчески выгодного и бросающегося в глаза. Одна только лаборатория шаманов чего стоит.

Да, шаманизм — это часть нашей культуры. Да, шаманы для хакасов не миф, а реальность. Да, шаманизм надо изучать как с научной, так и культурной точки зрения. Но превращать это уникальное явление в клоунаду, в средство привлечения туристов, в способ самопиара — тут наукой даже не пахнет...

А лаборатория «генеалогических исследований»? Можно согласиться, направление интересное, но вряд ли уместно заниматься им в стенах ХакНИИЯЛИ. Подобные исследования не укладываются в формат деятельности института, да и к тому же в любой хакасской семье есть своё родовое дерево, причём в некоторых случаях до двадцатого колена. Для чего ещё нужна какая-то лаборатория...

Отдел странных дел

ХакНИИЯЛИ может быть по настоящему полезным, конкурентноспособным и даже коммерчески выгодным, только сосредоточившись на том, для чего и был создан. То есть на работе с хакасским языком, с историей хакасов, хакасской литературой, фольклором, хакасскими традициями и культурой.

Но какое, скажите на милость, отношение ко всему этому имеет сектор «экономики и социологии» нашего института в том виде, в котором он существовал в последние годы?

Уже официально заявлено, что в ХакНИИЯЛИ будет функционировать пять структурных подразделений вместо семи. Объединены в одно подразделение сектор фольклора и сектор литературы, сектор истории и сектор археологии. Сектор хакасского языка функционирует, как и прежде, на базе отдела по международным связям, открыт научно-организационный отдел, а тот самый сектор «экономики и социологии» будет переименован в сектор «этнологии и этносоциологии», что преподносится как открытие нового научного направления. Но мы-то с вами понимаем — от того, что дуб переименовали в берёзу, тот берёзой не станет. Поэтому выдавать за гениальное административное решение обыкновенное переименование сектора, по меньшей мере, странно.

С объединением фольклора и литературы, а также истории и археологии ещё можно согласиться. Здесь понятия вполне тождественные.

Но зайдите на сайт ХакНИИЯЛИ, найдите сектор «Экономики и социологии» и дважды удивитесь. Во-первых, удивитесь тому, кто там работает, и непонятно что там делает. А во-вторых, удивитесь тому, чем там занимаются.

Раздел так и называется: «СФЕРА ИНТЕРЕСОВ СОТРУДНИКОВ». И в чём же заключается указанная сфера?

Ну, допустим, темы родовых отношений, этнография Сибири, семья Южной Сибири можно признать уместными. С некоторыми оговорками можно признать оправданным изучение в стенах ХакНИИЯЛИ социологии и философии.

Но при чём здесь региональная экономика, малый и средний бизнес? Региональные правовые процессы, избирательное право и избирательный процесс? Опять региональная экономика и агропромышленный комплекс? В третий раз региональная экономика и обрабатывающая промышленность?

Что, в Хакасии некому заниматься экономикой, бизнесом, промышленностью, сельским хозяйством, избирательным правом? Да у нас целое министерство экономического развития имеется рядом с министерством сельского хозяйства. У нас в рамках нацпроекта открыт центр «Мой бизнес». И к тому же республиканская избирательная комиссия гораздо лучше знает избирательное право, а также избирательный процесс.

Если же кого-то волнует научный аспект названных проблем, то у нас есть Хакасский госуниверситет, где работают по всем направлениям. Есть НИИ аграрных проблем Хакасии, да и вообще много чего есть, где можно развернуть научную деятельность любого профиля, будь то хоть «история экономики» или «историческая экономика».

Тогда в чём дело? Зачем всё это концентрировать в ХакНИИЯЛИ?

Вот из-за таких вопросов и складывается ощущение, что названный отдел «экономики и социологии», переименованный для созвучия в отдел «этнологии и этносоциологии», был создан специально для бывших чиновников, бывших преподавателей и бывших учёных, которые не нашли себе применения в других местах и сейчас отсиживаются там, где тепло и делать особенно ничего не надо...

Между ремеслом и делом

Ну, давайте, расскажите миру, чем избирательное право Хакасии может отличаться от избирательного права Российской Федерации? И как это вообще связано с изучением хакасского языка, литературы, истории? Ровно такой же вопрос можно задать в отношении трижды названной региональной экономики, бизнеса, промышленности, сельского хозяйства.

Институт 20 лет возглавлял директор с историческим образованием, а республика так не дождалась второго тома «Истории Хакасии». Первый том от древних веков до 1917 года после грандиозной коллективной работы специалистов ХакНИИЯЛИ и других научных учреждений был создан и опубликован в 1991 году.

С той поры минуло тридцать лет, а сектор «экономики и социологии» если чем и прославился, так лишь созданием набора книг по поводу юбилеев различных служб, территорий, людей, предприятий, естественно, за деньги. И вся эта халтура шла в отчёты, в заслуги, в достижения и гордость. Но это, извините, не наука!

Наука — это никем не ангажированный систематизированный поиск. Наука — это гипотезы, открытия, работа над доказательной базой и явление миру уникального научного труда, а не повторение пройденного.

Сегодня нам говорят: в ближайшие 10 лет ХакНИИЯЛИ издаст 13 томов хакасского героического эпоса, что прекрасно! Однако, если произойдёт всего лишь перепечатка рукописей, мы опять будем иметь дело с прикладной, а не с базовой наукой. Если же героический эпос будет издан с описанием, с исследованием, с комментариями и выводами, это уже настоящая наука. Если же, как было сказано, появится толковый словарь, тут вообще низкий поклон нашим учёным...

Взять учёного за руку

ХакНИИЯЛИ, следуя своему предназначению, должен заниматься научными исследованиями, должен создавать условия для работы учёных. В Хакасии же последняя хорошо подготовленная и материально обеспеченная фольклорно-лингвистическая экспедиция состоялась аж в 50-х годах прошлого века. Дальше всё на голом энтузиазме и стойкости отдельных учёных, совершающих личный подвиг.

Даже когда появилась возможность выигрывать различные гранты для научных исследований, всё шло в индивидуальном порядке. Выиграл — мы с тобой, запишем тебя в свои отчёты. Не смог — а при чём здесь институт...

А он-то как раз и должен быть при чём, он-то и должен сопровождать учёного в его деятельности по изучению культурного наследия хакасского народа, а не современного избирательного права.

Исполняющая обязанности директора ХакНИИЯЛИ Нина Майнагашева, конечно, хорошо сказала насчёт создания оптимальной и устойчивой научно-исследовательской среды. Дай бог, если это будет именно так. Но для этого надо определиться с приоритетами, то есть отбросить всё лишнее и взять всё нужное.

Потому что уже сейчас возникает вопрос: «Где в планах ХакНИИЯЛИ изучение хакасских диалектов? Кто и когда этим в последний раз занимался?»

Неужели хакасские учёные забыли, что диалекты — это душа языка? За счёт диалектов язык не только сохраняется, но и обогащается. Только для этого надо вести серьёзную научную работу по сохранению и развитию хакасского языка. То есть выполнять ту задачу, для которой и создавался ХакНИИЯЛИ.

Екатерина ВАНЬКОВА


Просмотров: 1711