Таштыпский караул прикрывает собой степь

№ 148 – 149 (23755 – 23756) от 9 августа
Таштыпский караул прикрывает собой степь
Коллаж: Лариса Баканова, «Хакасия»

Из записок П.С. Палласа

Впервые о Таштыпе упоминается в архивных письменных источниках 1741 года. Именно в это время Красноярская воеводская канцелярия получила высочайшее повеление о постройке в южной Сибири целого ряда новых крепостей, редутов и полигонов.

Охраняя границу

Выполняя высочайшее повеление, казаки из Красноярского острога стали селиться на новых постах. Скорее всего, своё название новый караул получил по наименованию реки, на которой был основан. В переводе с тюркского слово это означает не что иное, как «каменистое дно». В четырёх верстах от современного расположения Таштыпа, на высокой отвесной скале, казаками был оборудован пограничный пост-пикет.
Впоследствии для надёжной охраны южно-сибирской границы с Мунгалией требовалось всё большее количество казаков, а значит, появилась нужда в большем числе жилищ — бревенчатых изб. Таким образом в 1768 году и возникла деревня Таштыпская. Со временем селение это значительно выросло и стало именоваться казачьей станицей. Произошло это в 1852 году, когда станичное правление сюда было перенесено из Арбатов.
Станичными начальниками, а по казачьей терминологии — атаманами, состоял ряд офицеров из местных и красноярских казаков. С самого основания казачьего поста и до реформы 1871 года таштыпские казаки наряду с другими обязанностями несли пограничную стражу и именовались «линейными казаками», то есть служивыми, живущими на пограничной линии. Здесь казаки селились по военным соображениям. По сути, караулы и посты представляли из себя в те далёкие годы некий прообраз пограничных застав, а населяющие их казаки входили в состав Енисейского казачьего конного полка.
В более позднее время станица Таштыпская перешла в ведение гражданских властей и стала именоваться селом Таштып, а пограничные казаки, живущие «на линии»: в Таштыпе, Арбатах, Большом Луге, Нижнем Имеке, Моноке, Ново-Покровке, Табате и Бее и других местах — после реформирования Енисейского казачьего полка стали нести военную службу на общих началах со всеми остальными станичными и городовыми казаками Енисейской губернии.
«В Таштыпе в те годы было расположено волостное управление. Всего жителей в приходе — 2809 человек. Большая часть их крестьяне-старожилы и родовые казаки. Из них 1348 душ мужского, а 1261 — женского пола. Все — православного вероисповедания. Вокруг Таштыпа разбросаны юрты кочевых инородцев. В Таштыпе кипела жизнь, шло строительство жилых домов, лавок из кирпича или доброго строевого леса. В окрестностях стояли многочисленные заимки и риги. Здесь жители держали скот, запасы зерна и корма для животных. Было и несколько купеческих магазинов. По инициативе казаков в 1883 году построен из камня Христорождественский храм и образован одноимённый православный приход. По свидетельству старожилов, звон колоколов этого храма в ясную погоду был слышен по всей округе. Расстояние от центра губернии Красноярска до Таштыпа составляло около 700 вёрст, а уездный центр Минусинск расположен в 170-ти вёрстах от него». («Из истории православных приходов Енисейской губернии», Красноярск, 1916 год).
Архивные документы интересны тем, что называют нам многие фамилии наших земляков. К сожалению, их имена не известны не только историкам и краеведам, но и их прямым потомкам. Хочется хотя бы частично восполнить этот пробел. Так, например, казаки Лалетины появились в Таштыпе одними из первых. А казак Алексей Лалетин к тому же являлся ещё и одним из первых «узких специалистов»-кузнецов в соседнем с Таштыпом Монуцком карауле. При необходимости к нему обращались люди со всей округи. К нему же с просьбой отремонтировать своё неисправное ружьё пришёл и ясачный Каргинской волости Чибежек Кокошников. По словам Кокошникова, «ружьё хотя и стреляло, но в цель никак не попадало...». Видимо, кузнец был хорошим специалистом, и ему удалось устранить неисправность. При этом за работу он взял 80 копеек серебром...

Жизнь как служба

До смены общественного строя в 1917 году история Таштыпа развивалась без каких-либо особых потрясений. Тон в общественной жизни поселения задавали казаки — потомки основателей станицы. Нам, ныне живущим, трудно представить, какое тяжёлое бремя несли все без исключения казачьи семьи по выполнению своего предназначения — несения многолетней поголовной военной службы. Казак с рождения и до самой своей смерти являлся воином, защитником, кормил и одевал себя и свою семью тяжёлым сельским трудом пахаря-хлебороба. Староказачья заповедь, ставшая народной поговоркой, гласила: «Для того казак родится, чтоб Государю пригодиться!» На действительную военную службу призываемый молодой казак должен был явиться, не, извините, в «драной телогрейке», как ещё совсем недавно ехали в армию почти все призывники, а в исправном обмундировании и снаряжении, со своим холодным оружием, на личном строевом коне, со всей необходимой амуницией, приобретённой, опять же, на средства семьи. К тому же всё это снаряжение и амуниция должно было соответствовать строгим положениям и параграфам «Полевого Уложения степовых казачьих войск».
Из архивов известно, что многие таштыпские казаки и урядники являлись участниками войн и вооружённых конфликтов. По высочайшему повелению ряд из них были награждены за участие в боях. Так, в Красноярской казачьей сотне офицером служил подъесаул Пётр Матвеевич Сипкин. Во время Первой мировой войны этот казачий офицер добровольно ушёл на русско-германский фронт и был направлен в 1-ю Забайкальскую казачью дивизию. В июле 1917 года войсковой старшина Сипкин геройски погиб в бою с противником. Вот что сообщалось в некрологе по случаю смерти этого храброго офицера в «Вестнике Енисейского казачества»: «8 июля в бою у деревни Покропивно под Тернополем (Галиция) погиб уроженец станицы Таштыпской Енисейской губернии войсковой старшина Пётр Матвеевич Сипкин. Родился он 8 октября 1878 года, а службу начал казаком в Красноярской казачьей сотне в 1897 году. Окончил Иркутское юнкерское училище, участвовал в русско-японской войне 1904 — 1905 годов. На начало Первой мировой войны служил командиром 3-й казачьей сотни Красноярского казачьего дивизиона. Добровольцем ушёл на фронт и с октября 1914 года находился на театре военных действий, где принял командование 6-й сотней 1-го Аргунского полка Забайкальского казачьего войска. Имел многочисленные награды (всего был награждён шестью боевыми орденами Российской Империи. — Авт.), был ранен осколком в левую руку и контужен. С 23 июня 1917 года Пётр Матвеевич занимал должность помощника командира полка по строевой части. За боевые отличия был произведён в чин полковника. К сожалению, этот приказ вышел уже после его гибели. Тело прославленного героя казаки-енисейцы привезли в Красноярск и, после отпевания 22 июля 1917 года в Новом соборе, похоронили. Красноярск достойно отдал почести одному из доблестных своих граждан. Среди родных у полковника П.М. Сипкина на родине остались мать, жена, двое детей и сестра».
В мирное время многие казаки занимались хлебопашеством, различными промыслами, а также на добровольной основе привлекались к несению охранной и военно-полицейской службы в пределах Енисейской губернии, и в том числе — на многочисленных рудниках и приисках Енисейского горного ведомства. Кстати сказать, в начале ХХ века Енисейская губерния занимала одно из первых мест по добыче золота во всей России.

Казачье войско

После отречения царя от престола казаки Енисейской губернии собрались на свой съезд и провозгласили о создании ЕКВ — Енисейского казачьего войска, новой административно-хозяйственной и военной единицы. Было создано войсковое управление ЕКВ и образованы его отделы: административный, хозяйственный, военный... Атаманом ЕКВ и управлением войска были приняты меры к увеличению его численности — гражданская война в стране всё разгоралась. Так, на основании решений первого и последующих съездов (кругов) Енисейского казачества, состоявшихся в период с 1917 по 1919 годы, произведены призывы казаков в казачьи части белой армии: Красноярский казачий дивизион, 1-й и 2-й Енисейские казачьи полки, Енисейскую сводную казачью бригаду.
После ожесточённых боёв с частями красно-партизанской армии Кравченко-Щетинкина и подразделениями регулярной РККА многие енисейские казаки, призванные на военную службу в те годы, ушли в эмиграцию с отступающей белой армией.
На втором казачьем круге Енисейского казачьего войска, который состоялся в сентябре 1918 года, было озвучено предложение об избрании своего «чисто казачьего делегата» в будущее Учредительное собрание. Большинством голосов этим кандидатом был избран ещё один наш земляк, таштыпский казак, член партии меньшевиков Анатолий Васильевич Байкалов. Следует хотя бы коротко остановиться на биографии этого незаурядного человека, который получил мировую известность, уже находясь в эмиграции. Он родился в 1882 году. Журналист, писатель, бывший студент Казанского университета. За участие в революционном движении был несколько раз арестован.
В годы гражданской войны Байкалов выполнял различные дипломатические поручения Сибирского областного правительства за границей, в частности, он являлся представителем по делам русских беженцев и эмигрантов в Китае и Японии. Начиная с 1919 года жил в Лондоне, где ярко и плодотворно работал в газетах и журнале.

О деле РОВСа

В период с начала 1920-го и до конца 1929 года суды целенаправленно, часто по умышленно сфабрикованным следователями Минусинского оперсектора ОГПУ-УНКВД обвинениям, привлекали к уголовной ответственности многих казаков, ранее находившихся на военной службе в царской или белой армиях под командованием атаманов А.А. Сотникова, А.Н. Тялшинского, И.Г. Казанцева, генералов В.О. Каппеля, А.И. Бакича, поручика И.И. Занина, атамана И.Н. Соловьёва и других. По всей стране начались аресты по делу РОВСа — Русского Общевоинского Союза, который осуществлял свою деятельность за рубежами РСФСР. Самыми крупными из подобных «филиалов-штабов РОВСа» советскими следователями в Западно-Сибирском крае были признаны Минусинский, Ширинский и Таштыпский. Естественно, что минусинские следователи в материалах дел называли его и другие подобные военизированные формирования казаков «контрреволюционными, подпольными и повстанческими»...
Не отставали в этом плане от своих коллег и следователи Таштыпского райотдела УНКВД по Хакасскому автономному округу, также «раскрывшие местную подпольную белогвардейскую повстанческую организации и обезвредившие в селе большое число японских шпионов», которые якобы «ставили перед собой задачу поднять вооружённое восстание в Таштыпе и окрестных деревнях с целью свергнуть там советскую власть и присоединить территорию Таштыпского района к Японии» — ни больше — ни меньше. По этому уголовному делу сначала были арестованы семь таштыпских казаков: Ф.К. и А.К. Каргополовы, В.О. Борзов, Ф.Т. Псарев, Г.М. Псарев, В.Я. Потылицын и А.П. Потылицын. Все они расстреляны в Минусинской тюрьме в ночь на 29 октября 1937 года.
Дальше — больше. Почти два месяца, с октября по конец ноября, проходила операция по «ликвидации» «Таштыпского штаба», якобы организовавшего боевые дружины в станице Таштып и пограничной с Таны-Тувой станицей Арбаты, в которых участвовали более 200 уроженцев бывших станиц Арбаты, Монок, Таштып и Нижний Имек. К марту 1938 года советские карательные органы подготовили к рассмотрению материалы ещё на 300 енисейских казаков. Кстати, подобная участь постигла в 20 — 30-е годы прошлого века достаточно большое число жителей, имеющих казачьи корни из Таштыпа, Арбатов, Большого Луга, Нижнего Имека, Монока, Покровки и других мест. Многие главы казачьих родов были репрессированы. Среди казаков, подвергшимся репрессиям: Шахматовы, Каргаполовы, Казанцевы, Борзовы, Сипкины, Лалетины, Зыряновы, Потылицыны, Байкаловы, Дорофеевы, Псарёвы, Чанчиковы, Юдановы...
В настоящее время большинство из них, а таких только по Таштыпу — десятки, реабилитированы посмертно. Часть фамилий занесены в Книгу Памяти. Правда, в этом скорбном списке все они проходят уже без упоминания о том, что пострадали лишь за своё происхождение. Потомкам будет нелегко разобраться, кем были их предки. Но даже эти «выхолощенные» списки дают зримое представление о том, каков был масштаб репрессий как в ХАО, так и во всей стране. Власть уничтожала казачество поголовно. И это не преувеличение, а констатация факта. Волна массового террора схлынула лишь с началом Великой Отечественной войны.
Тут уместно добавить, что и здание таштыпской церкви, поставленной когда-то трудами и заботами казаков, было разрушено — уже после Победы, в 1945 году, «в связи с нехваткой строительных материалов для строительства... помещений для скота».
Завершить же свой материал по истории Таштыпской станицы хотелось бы словами знаменитого на весь мир донского атамана, героя Отечественной войны 1812 года, графа Матвея Ивановича Платова, которые он оставил в назидание своим потомкам: «Помните славу и добродетель и держитесь обычаев отцов своих». На том стоим и стоять будем.

Большие гуляния

Праздник в честь 250-летия Таштыпа пройдёт 11 августа.
В 12.30 в районном Доме культуры будут чествовать лучших тружеников села, затем перед ДК выстроится праздничная колонна, которая переместится на стадион имени В. Майнагашева. Там после торжественной части для зрителей устроят разнообразные конкурсы, выставки-продажи декоративно-прикладного искусства и хлебо-булочных изделий. Откроется фотовыставка «Таштып — село моё родное» и сельскохозяйственная ярмарка.
Для детей будет организована игровая развлекательная площадка с аттракционами, их ждут конкурсы и игры. Взрослые тоже смогут проверить себя в спортивных соревнованиях.
И, конечно, на сцене с яркими номерами выступят творческие коллективы Хакасии.
Завершится день большой дискотекой на площади перед ДК и фейерверком.

Сергей БАЙКАЛОВ



Просмотров: 920

Загрузка...