«Лицо увидев, лики сотворить...»

Так называется объёмный и красочный альбом ^[12+], посвящённый творчеству художника Геннадия Степанова.

Книга-альбом, включающая ещё и воспоминания коллег и друзей, родных живописца, вышла в издательстве «Бригантина». Эту дань памяти, вкладу художника в творческое наследие Хакасии подготовили его жена — писатель Лариса Катаева и дети — Инга Русакова и Михаил Степанов. Именно поэтому издание словно дышит любовью к самому близкому человеку, и как к творцу — тоже. К слову, заметим, что по жизни семья Степановых в немалой степени восхищалась живописью и прозой Николая и Елены Рерих. И потому так уместны слова Николая Константиновича: «Помни о красоте, не изгоняй её облик из жизни и зови действенно других к этой трапезе радости!.. Найди всю меру благого вмещения, чтобы позвать нас на то же мирное, необъятное поле труда и созидания».

И Геннадий Михайлович — позвал! Особенно живописью. Своеобразным манифестом не только красоты, но и глубокой философской мысли стало полотно «Блаженный Васечка» (2000 год). «Неслучайно художник изобразил его в золотом ореоле, он весь светится, — написала в отзыве на одну из персональных выставок Степанова А. Кирсанова, просто посетительница, — блаженный словно говорит: «Люди добрые, смените гнев на милость, будьте улыбчивы и милосердны. Отбросьте мелочность, гордыню и обиды — идите с миром». И ему кланяются даже маковки наших храмов». Нина Шляпникова: «Степанову удалось свои чувства, своё внутреннее видение внешнего мира перенести на полотно. И этот внутренний мир оказался таким волшебно-разнообразным, наполненным необыкновенными образами, уносящими нас в мир прекрасного, мудрого, беспредельного». А искусствовед Ирина Кидиекова лаконично резюмировала: «Просто шекспировские страсти и достоевское миропонимание!» — это уже о ряде других картин, где можно предположить, что в их сюжете добро борется со злом. 
В альбоме представлены и пейзажи Геннадия Степанова — лёгкие, прозрачные, в чём-то ностальгические в восприятии красоты, что присуща, пожалуй, только юности: «На Кизире», «Весенние проталины», «Малиновый звон»...

О многоплановости художника и его зорком глазе расскажут шаржи — на знакомых, друзей, а то и мировых знаменитостей. Замечательно уловлено сходство с персонажами, просто замечательно. И «изюминка» каждого гипертрофирована ровно настолько, чтобы показать суть характера. И, конечно, в книге-альбоме очень полно представлена графика Геннадия Степанова: в чётко-романтичных, словно летящих линиях.
Собственно работы художника дополнены словом: биографией Геннадия Михайловича (вплоть до «энных» колен), фотографиями, отражающими жизнь и события в семье Степановых, многочисленные (и уже вкратце упомянутые) впечатления посетителей его выставок, статьи о нём журналистов местной прессы.
Очень рано художник покинул этот мир, всего-то в 51 год. Его памяти посвящено достаточно много стихотворений, тоже представленных в альбоме. Как точно написала Светлана Янгулова:

У ангела, у небожителя
Крылатой болью грудь свело.
У ангела, тебя хранителя,
Сломалось белое крыло.

И Лариса Катаева о творчестве мужа:

...И молча наносил
На полотно оранжевые краски.
Мазок! Ещё! О сколько надо сил
Запечатлеть ту огненную пляску,
Что ожила! Где саламандры в круг
Танцуют вечность и танцуют звук...

Татьяна ПОТАПОВА