Учитель — профессия дальнего действия

№ 48 (24568) от 6 мая
Диапазон Андрея Колоухова — от знаний до актёрского мастерства. Диапазон Андрея Колоухова — от знаний до актёрского мастерства.
Фото: Сергей Власов, «Хакасия»

Это определение Роберта Рождественского не требует доказательств. Хочется продолжить строчки его стихотворения: «Высшим достоинством человечества станут когда-нибудь учителя!» Пока мы лишь на пути к такому осознанию, но ясно всем: в школе должны работать лучшие, ведь что посеешь...

Не главную, однако важную роль играют на эту перспективу конкурсы профессионального мастерства. Так, победителем на республиканском этапе всероссийского конкурса «Учитель года — 2022» стал преподаватель английского языка абаканской школы № 1 Андрей Колоухов.


Уж как же это вышло-то?

Отец Андрея — кадровый офицер, переведённый в своё время в Абакан. Не хотелось ли сыну продолжить его дело, спросила я.
— Не особо. Или ты воспитываешь роту солдат, или класс детей, — смеётся Андрей Александрович, — ещё вопрос, что труднее... Я окончил школу № 1 Абакана (где сейчас и работаю). В те годы был как все дети: в чём-то искал себя, что-то пробовал, в том числе спорт. Но хорошо давался и нравился английский язык. Это и особенность моей памяти — быстро запоминать слова, пересказывать тексты. В конце 1990-х годов не было ещё компьютерных игр на русском языке — играл только на английском. Плюс тексты хороших песен: какие-то слова понимаешь, какие-то нет, но уже из контекста ясно — о чём это. Сработало. Не такой уж и плохой способ заинтересоваться английским языком нашёл я для себя... Потому и сегодня в педагогической деятельности пытаюсь ориентироваться на то, что интересно детям, именно так построить обучение.
Факультет иностранных языков стал логичным этапом способностей и увлечений Андрея Колоухова (тогда — институт филологии и межкультурной коммуникации ХГУ имени Н.Ф. Катанова). Были во время учёбы и педпрактики, где можно «присмотреться», отчасти оценить, что это за труд такой — учительский.
— И я решил попробовать себя по окончании вуза в роли педагога. А почему нет? — говорит Андрей. — Нормальная, уважаемая профессия. Конечно, понимал, что вначале зарплата копеечная. Но она будет расти в зависимости от того, насколько ты стараешься продвинуться в профессиональном мастерстве. И не это главное: я увлёкся, понравилось!

— А запомнили самый первый свой урок в должности учителя?
— Хорошо помню. Первое впечатление, скажем так, невозможно повторить. Немного нервничал. Но когда пришёл к этим пятиклассникам, стал говорить — волнение отпустило, я расслабился. Три урока провёл — и оказалось, до чего быстро пролетело время. Вот эти 40 минут и — оп! — их уже нет. И ничего не было в тягость. Своего рода полёт, пожалуй, так...


Организатор действа

— Хочется узнать хотя бы о нескольких ваших учительских секретах.
— Секрет один, но большой: урок должен детей привлекать, где-то удивить, зацепить их нужно чем-то. Это значит ежедневная (не халтурная!) подготовка к урокам самого учителя. Люди порой думают: вот поработали педагоги до обеда — и свободны. А именно тогда начинается твоя личная работа на ближнее будущее. Это делают абсолютно все учителя, даже с большим стажем. У меня за восемь лет преподавания такие толстенные тетради конспектов накопились. Кажется, провёл год с пятиклассниками — и можно вновь эти планы использовать. Но — нет. Потому что каждый раз — новая группа детей, они уже другие. Что-то надо подбирать именно к их особенностям, где-то лучше сделать вот так... Смотрю на сильные и слабые стороны всей группы и каждого ребёнка в ней, на чём следует сделать акцент.

— Это сложный процесс — такая оценка?
— Сначала да. Потому что первый месяц дети себя не особо выдают, надевают маски, вот, мол, я хороший такой; им кажется, что они самые непонятные. Смотрю на них — даже забавно. Думаю, расскажу им уже в 11-м классе, пусть посмеются, какими были наивными... Ну мы немного отклонились от темы уроков. Так вот, базовый уровень владения английским может освоить любой. Конечно, кому-то легче, кому-то тяжелее. С кем-то приходится работать индивидуально. Мы же, учителя, не просто транслируем знания, мы являемся организаторами действия. Выбираем форму урока, она может быть разной, но главное, чтобы занятия, повторю, были детям интересны, находили у них отклик. Можно, конечно, сухо: вот текст, а вот работа с ним. А можно (говорю сейчас навскидку) исследовательский проект сделать или части текста «раскидать» по группам, а потом собрать из этого пазл...

— А вам самому интересно всё это?
— Было бы не интересно, не занимался бы поисками формы занятия. Что-то, бывает, происходит прямо во время урока: здесь надо учителю и ученикам чувствовать друг друга. Ребятам интереснее всего интерактивная форма занятий — когда взаимодействуют все и со всеми, общаются и со мной, и друг с другом, когда мы ищем точки соприкосновения. У нас бывают разные проекты; например, собирали добровольцев на Марс с исследовательской миссией. И одиннадцатиклассники с увлечением отбирали тех, с кем они полетели бы в космос.
— Кстати, — замечает Андрей Александрович, — есть обязательные учебные процедуры, тесты. Я понимаю, что они необходимы — мы должны оценивать результаты детей, их прогресс; но я, как учитель, такие уроки не люблю. Ребятам даёшь тесты, а сам сидишь, минуты тянутся... А когда ты с ними в активном общении — это захватывает нас всех.


Мир его пятиклашек

— Я классный руководитель, конечно, — отвечает на вопрос Андрей Колоухов. — 5-й класс — это такой возраст, когда ребятишки открыты всему новому, у них ещё нет, как иногда случается у старшеклассников, некоторой апатии.

— Что бы вы хотели в них изменить?
— Да ничего! Уже видно, что каждый индивидуален — со своими переживаниями, принципами. Как и в любом коллективе возникают порой недоразумения, но в целом мы без конфликтов как-то живём... Понятно, беседую с ними от «поправь рубашку» до «лгать нехорошо». Я не особый сторонник «нажима», разговариваю с ними как со взрослыми людьми. Кто-то, допустим, провинился, проштрафился на уроке, я ему спокойно: «Молчишь? Но ведь ты уже это сделал, все об этом знают, так что объясни, почему, по каким причинам совершил такой поступок». Пусть человек сам даст осознанный отчёт в мотивах своих действий.

— Бывает, хулиганят?
— Они же дети! Их шалости далеки от хулиганских выходок. В любом случае я пытаюсь держать в голове, что тоже был ребёнком. Ведь что-то подзуживало нас всех, помните, пошалить? Потому особо не ругаюсь, с пониманием отношусь. Главное, чтобы были живы, здоровы, выросли хорошими людьми. А где-то побаловаться — это естественно.

— Ну и об упомянутой лжи...
— Здесь как раз важны мотивы поступка. Бывает, враньё — защитный механизм от злобы, от обиды. Дети же боятся — думают, накосячил, так что-нибудь придумаю, что это не я... (Важно, чтобы не было подспудной подлости в том же вранье, но нас бог миловал.) Опять же говорю: ну получил двойку, что страшного-то будет? Ведь за дело получил, обидно было бы, если тебя ругали ни за что...

— Андрей Александрович, не могу не вспомнить рассказ Тэффи о бескорыстных вдохновенных врунах, когда человека творчески «несёт» без руля и ветрил. Писательница вспоминает, как врала одна маленькая девочка: у меня, говорит со слезой на голубом глазу, была собачка совсем без ног и везде за мной бегала. «А как же она бегала без ног?» Девочка не думала ни секунды: «А на палочках бегала! Бедная-бедная такая собачка...»
— Такой талант — без комментариев, — смеётся Андрей Колоухов. — По большому счёту с пятиклассниками безумно интересно.


Харизмы много не бывает

— Победа на республиканском этапе конкурса была ожидаемой?
— Пожалуй, нет. Были сильные друзья-сопер­ники. На финальном испытании представлена методическая мастерская каждого. Это обобщение опыта, то есть я показываю систему моей работы (как и все пять финалистов). Понятно, что методические принципы известны, а вот в какую форму ты знания облечёшь, как преподнесёшь — именно это являлось ключевым. Кстати, тема конкурсного урока может попасться любая, у меня — просьбы и приказы в косвенной речи, или повелительное наклонение. Грамматические темы вроде бы и не конкурсные даже... Пришлось как-то адаптироваться, два дня вынашивал, придумывал, как сделать тему интересной.

— И сам момент представления?
— Надо понимать, что это ещё и сценическое мастерство — как ты сумеешь тему преподнести. Для педагога, как и для актёра, важно, насколько он харизматичен. Это цепляет аудиторию в зале, следовательно, зацепит и детей. Можно быть суперпродвинутым преподавателем, иметь огромный накопленный материал. Но одно дело — если ты читаешь монотонным голосом, глядя в пол, или живёшь на сцене (уроке) со всеми эмоциями и нюансами. И у детей соответственное отношение, включённость в действо, значит, и успех в усвоении знаний.

— Английский сегодня — язык международного общения, и дети должны быть заинтересованы в его изучении?
— Частично да, но есть и те, кто не заинтересован в дальнейшей практике, но это уже моя забота — как их увлечь. Прелесть предмета в том, что мы на уроке английского говорим обо всём — об их хобби, об обиходных вещах, культуре, путешествиях, обсуждаем темы вместе. Это и расширение кругозора. Язык надо знать не просто как систему, а учиться общаться, делать творческие проекты, работать в команде. То, что обязательно понадобится в жизни.

Татьяна ПОТАПОВА


Просмотров: 157