Путь Мессершмидта к открытиям

№ 3 (24523) от 13 января
Ханты-Мансийск. Этот памятник Д.Г. Мессершмидту — часть скульптурной композиции, посвящённой великим исследователям Сибири. Ханты-Мансийск. Этот памятник Д.Г. Мессершмидту — часть скульптурной композиции, посвящённой великим исследователям Сибири.

2022 год объявлен Годом археологии в Хакасии. 300 лет назад, в январе 1722 года, экспедиция Даниила Готлиба Мессершмидта именно на нашей древней земле (близ нынешнего Абакано-Перевоза) провела первые в России раскопки кургана с научной целью. Это стало началом становления сибирской, а по большому счёту, российской археологии.

А чуть раньше, в августе 1721 года, в долине Уйбата Д.Г. Мессершмидт открыл всему просвещённому миру первый памятник енисейской письменности. Об этом и многом другом напомним нашим читателям.
...В суматохе будней как-то осталось незамеченным одно довольно значимое для Хакасии историческое событие, которому в 2021 году исполнилось 300 лет.
В августе 1721 года экспедицией Даниила Готлиба Мессершмидта в долине реки Уйбат, в окрестностях нынешних села Усть-Бюр и аала Чарков, были найдены и описаны артефакты, свидетельствующие о том, как жили здесь люди 2000 — 3000 лет назад.
Холмы курганов, захоронений, огороженные каменными глыбами, личины из слоистого песчаника, стелы с высеченными на них изображениями людей и животных.
Но одной из самых значимых оказалась находка стелы с нанесёнными на ней руническими знаками, что свидетельствовало о том, что уже в те далёкие времена существовала письменность и люди обменивались с её помощью различного рода информацией.
Вот как описывает события 300-летней давности Леонид Романович Кызласов в своём труде «В Сибирию неведомую за письменами таинственными».
«Руководил экспедицией тридцатишестилетний доктор наук Даниил Готлиб Мессершмидт (1685 — 1735). Он был специально приглашён в 1717 г. из Данцига царём Петром I и отправлен 1 марта 1719 г. сначала в Москву, а затем в Тобольск со свитой ехавшего в Китай русского посла Л.В. Измайлова. Указ о сибирской экспедиции под руководством Д.Г. Мессершмидта был издан Петром 15 ноября 1718 г. В нём было сказано, что экспедиция посылается «для изыскания всяких раритетов и аптекарских вещей» с тем, чтобы всё найденное присылать «в Санктпитербурх в Главнейшую аптеку».
Д.Г. Мессершмидт был врачом, географом и натуралистом, знавшим и восточные языки. Именно такого рода специалист лучше всего мог заняться в то время «страноведением» Сибири: изучать её природу и коренное население, исследовать археологические памятники и собирать факты древней истории. По заключённому между ним и русским правительством контракту Мессершмидт должен был получать от правительства всего 500 руб. в год и за это должен был возглавить многолетнюю экспедицию.
Учёному вменялось в обязанность заниматься изучением сибирских эпидемических заболеваний и выявлением лекарственных растений Сибири, географией страны с изучением её флоры и фауны, но главное — он должен был составить описание сибирских народов, их языков, их древних памятников и собрать сведения о любых достопримечательностях и небывалых явлениях».
«Шесть лет (с июня 1720 г. по март 1726 г.) в трудных условиях путешествовал Мессершмидт по Сибири и, несмотря на скромные средства, блестяще выполнил все возложенные на него разнообразные поручения. Будучи настоящим учёным, он не чурался черновой работы и, не имея хороших помощников, почти всё делал сам: составлял и перечерчивал карты, собирал гербарий, набивал чучела птиц и зверей, рисовал, собирал древние вещи из числа случайных находок, сутками работал в первых сибирских архивах, а также занимался раскопками древних могил. Он проехал Сибирь от Урала до Байкала и от Саян до Нижней Оби».
Путь экспедиции пролегал через главные в те времена города — Тобольск, Томск, Кузнецк. «Из Кузнецка предстоял наиболее трудный участок пути: переход через «Белые горы» — хребет Кузнецкий Алатау (через который ныне проходит железная дорога Новокузнецк — Абакан). Этот путь можно было преодолевать только по реке, а далее верхом на лошадях или на лыжах зимой. Вверх по р. Томи до устья р. Балыксу экспедиция поднималась на небольших шорских челноках.
Покупка 14 лошадей и упаковка снаряжения во вьюки заняли немного времени, и вскоре в сопровождении проводников-шорцев, прекрасно знающих тайгу, путешественники покинули Балыксу и пробрались вверх по долине р. Теренсу, где перевалили высокий перевал и попали к истоку хакасской р. Уйбат. Далее путники спустились по её долине в «Субурган-Уйбатскую степь».
«Уже на спуске с гор в извилистой долине Уйбата Мессершмидта и его спутников поразили невиданные ими ранее в Сибири большие земляные курганы, обставленные четырёхугольными оградами из крупных плит гранита или девонского песчаника. По углам, а иногда и серединам сторон таких оград возвышались высокие узкие плиты, врытые некогда в землю в вертикальном положении. Курганы эти, как теперь установлено, относились к VII — III вв. до н. э. Культура населения того времени ныне условно названа тагарской. Интерес к этим необычным памятникам был так велик, что доктор Мессершмидт решился раскопать несколько подобных курганов. Но осуществлено это им было позже.
Кроме курганов экспедиция изучала выбитые на каменных плитах и скалах древние рисунки и многочисленные каменные скульптуры людей, баранов, львов и т. п. Их было очень много в то время в хакасских степях. Первые из этих изваяний были увидены Мессершмидтом уже при устье р. Бюрь, впадающей в Уйбат слева. Здесь караван отдыхал в «июс-сагайских юртах» в большом хакасском улусе, населённом приветливыми и любознательными черноволосыми людьми.
Местные жители — хакасы охотно служили проводниками экспедиции и, ничего не утаивая, показывали учёному иноземцу памятники древнего искусства и культа, сохранявшиеся и оберегаемые народом на протяжении многих веков».
«После отдыха Мессершмидт вместе со своими спутниками покинули гостеприимный улус и в сопровождении двух парней-хакасов, оседлавших резвых молодых лошадок, поехали осматривать древние памятники, о которых им рассказали степные старцы».
«Один из хакасов, ехавший на гнедом коне возле двухколёсной кибитки, приподнялся на стременах и показал кнутовищем нагайки на возвышавшийся над степью одинокий камень. Перейдя в брод через мелкую и бурливую речку Уйбат на её северный берег, путешественники увидели на небольшом холме высокий песчаниковый обелиск, изогнутый «в виде венгерской сабли», как записал в дневнике Мессершмидт. На узкой грани столба рельефно выделялась антропоморфная личина.
Но что это? По древнему изваянию снизу вверх шли ровные строчки загадочных знаков. Они были вырезаны каким-то острым инструментом, но кое-где уже полустерлись под тысячелетним воздействием дождей, ветров, стужи и солнца. Надписи! 13 строк на четырех плоскостях гладкого обелиска обрывались, так как верхушка каменного столба была сбита ещё в древности».
«В августе 1721 года караван экспедиции спустился по долине Уйбата до впадения его в р. Абакан. По Абакану и Енисею на двух каюках путешественники приплыли 12 сентября в Абаканский острог, который находился на правом берегу Енисея под горой Туран».
После уйбатских находок Мессершмидт открыл и описал множество других памятников древней культуры хакасской земли по берегам рек Абакан и Енисей.
Хочется обратить внимание, что три года назад жители Усть-Бюра отпраздновали вековой юбилей села. Но в путевом журнале в августе 1721 года Д.Г Мессершмидт сделал запись о том, что в устье реки Бирь, где он с попутчиками несколько дней отдыхал, уже тогда находилось поселение, там же были сделаны зарисовки жилищ тамошних жителей.
Часть маршрута экспедиции Д.Г. Мессершмидта на территории усть-бюрской тайги, на участке от реки Иссук до аала Чарков вдоль рек Теренсу и Уйбат, внесён в реестр объектов туристского показа Республики Хакасия, как «Путь Мессершмидта».

Валентин БЕРЕЗОВСКИЙ,
житель села Усть-Бюр


Просмотров: 403