Мечты сбываются
Рисунок: Лариса Баканова, «Хакасия»

Окончание. Начало в №№ 116 –117

Утро выдалось солнечным. Если не отрываясь смотреть на облака, то видно, как они меняют форму. Из кучевых получались замечательные косточки — мозговые, аппетитные, с кусочками необрезанного мяса. А вот то далёкое облако было точно как рыбка из волшебного пакета! Мою игру прервал Женин голос:
— Привет, дружочек, — он открыл вольер. — Это от голода у тебя слюни так текут? — Его глаза смеялись. — Смотри, что у меня есть, — и Женя достал из пакета кость. В точности такую же, как я только что видел на небе. Она пахла изумительно, и я с радостью взял её в зубы.
— Вот и славно, — сказал Женя. — Меня очень насторожило твоё вчерашнее поведение. Давай кушай и пойдём гулять, я схожу пока до Анастасии Павловны, скажу, что ты в порядке, а то она звонила уже.
Наступившее лето радовало не только погодой, но и нашей новой игрой. Женя вообще был затейник по части игр. А играли мы вот как: он «дразнит» меня коробкой, которая имеет определённый запах. Иногда запах резкий, иногда слабый, но пока Женя перекидывает эту коробку в руках, я стараюсь запомнить, чем она пахнет. Потом он бросает её в густую траву или туда, где она малозаметна, на минутку отворачивает мне морду, а Женин помощник прячет коробку в другое место. Потом Женя говорит: «Ищи!» И тут начинается самый кайф! Первое время я как сумасшедший носился туда-сюда, туда-сюда, а сейчас я уже опытный — не бегаю, а нюхаю. Противные запахи коробки надолго зависают в воздухе. Я степенно подхожу к находке и подаю голос. Иногда для интриги я могу специально походить вокруг коробки и понаблюдать, как Женя и его помощник нервничают. И когда считаю, что хватит уже их мучить, сажусь молча рядом с коробкой, смотря в другую сторону. Женя в такие моменты называет меня «балбесом», но это так здорово, так по-родному!
В эту игру я больше любил играть на улице, но они часто меняли правила, и мы бывали и в помещениях, и в автобусах, а иногда зачем-то прятали эту коробку в машине. Там так тесно, что пару раз я застревал, и Женин начальник Василий Васильевич говорил, что мне нужна диета. Тоже мне! Начальник не работает с собаками, откуда ему знать, что мне нужно?
Единственное, что всё ещё расстраивало, так это то, что, видимо, скоро мне предстоит «подкормка» наркотиками. Каждый вечер я думал об этом, ждал и расстраивался.
В конце лета на нашу прогулочную поляну приехали кинологи из соседнего региона. Они приезжали на соревнования со своими собаками. Среди них была чемпион, немецкая овчарка Герда — лучший поисковик. Я набрался смелости и подошёл к ней с единственным мучающим меня вопросом:
— Добрый день, Герда. Могу ли я задать вам вопрос?
— Добрый. Конечно, что вас интересует?
— Сколько вам лет? — Она посмотрела на меня так изумлённо, что я смутился: — Я, конечно, не совсем это хотел спросить. Понимаете, в чём дело, складывалось впечатление, что я не просто не умная собака, а чемпион мира по глупости... Понимаете, мне однажды сказали, что поисковиков кормят наркотиками, чтобы они хорошо искали, и я вот... Я переживаю, что мой Женя даст мне наркоту, не часто, правда, переживаю, но иногда...
— Успокойтесь, дорогой мой! Мне пять лет, и никакими наркотиками меня в жизни не кормили! — Она улыбнулась, как когда-то улыбалась мама, отвечая на мои глупые вопросы, и продолжила: — В некоторых странах проводились такие эксперименты, но они не оправдали себя, поскольку у животных-«наркоманов» резко ухудшалось здоровье, что заметно сказывалось на их работоспособности, а через полтора-два года собака гибла. К счастью, в нашей стране такого нет — можете есть и спать спокойно.
Герду позвал хозяин, и она убежала, оставив меня в радостном расположении духа. Сначала мне стало жаль того времени, что я потратил на переживания. Потом мне стало стыдно за свои ужасные мысли в адрес столь любимого мной Жени. Я хотел немедленно извиниться. Я хотел сказать ему, что никогда-никогда не позволю себе даже думать о нём плохо, и никогда-никогда не позволю никому бросить зерно сомнения в верности к нему. Я увидел Женю, беседующего с Анастасией Павловной. Со всех ног я бросился к нему. Я знал, что перебивать нехорошо, но случай был исключительный. Я прыгнул на него и принялся облизывать, извиняясь за свои дурацкие мысли.
— Грэй, да что с тобой? Прекрати, Грэй!.. Да Грэй!
Анастасия Павловна засмеялась:
— Ох, мальчики, не буду вам мешать. До завтра!
За летом пришла осень, а потом ненавистная зима. Игру Женя усовершенствовал. Теперь я просто мог зайти в любое помещение и найти одну из этих вонючих коробок. Иногда они хитрили, могли спрятать её у кого-нибудь в кармане, в чемодане или вообще под полом. Я находил всегда. Женя меня хвалил и очень мной гордился.
С начальником Василь Василичем я не хотел находить общего языка, старался не подавать вида, что он мне не нравится, но хитрый начальник это чувствовал. Но он же начальник… И Женя ему однажды доложил, что я готов к работе. Тот сказал, что когда меня проверит, тогда всё и решит. Для меня было главным, чтобы Василь Василич не приказал Жене посадить меня на диету, а с остальным я справлюсь!
Субботним морозным утром Женя забрал меня раньше обычного. Мы прошли через КПП, и он посадил меня в свою машину. Поговорив с кем-то по телефону, мы поехали в город. Подъехав к серой многоэтажке, мы вышли из машины и поднялись по высокому крыльцу к парадному входу. Помещение вызывало чувство настороженности и какой-то тоски. Мы прошли через пост, где сидел уставший человек в форме, Женя показал своё удостоверение, поинтересовался, как прошли сутки, и по лестнице мы пошли на самый верхний этаж. Зашли в огромный кабинет, в котором было очень много разных шкафов, столов и народу. За столом сидел Василь Василич. Женя дал мне команду: «Сидеть!» — и направился к столу.
— Ну что же, Евгений, приступайте.
Женя взял меня за поводок и сказал заветное слово: «Ищи!» Я, не спеша, принялся обнюхивать предметы. В воздухе летало что-то до безумия знакомое и манящее. Этот запах заставил меня испытать чувство удовольствия, и я этому был очень удивлён. «Так, — думал я, — «Ищи» не может быть чем-то вкусным. Значит, так, нос, перестань извлекать из воздуха запах удовольствия!» На секунду я остановился и попытался отделить запах приятности от запаха работы. Ура! Мне удалось! Нижняя полка старого шкафа — вон та, с перекошенной дверкой! Я сел рядом и подал голос. Послышались аплодисменты, а нос предательски повёл меня к шкафу, стоящему возле окна. Удовольствие затмило на секунду мой разум. Где-то вдалеке я услышал голос начальника, что закладка была одна и именно в том месте, где я указал. Но остановиться, увы, я не мог. Я нашёл этот источник удовольствия! Я вилял хвостом, я лаял и, по-моему, у меня даже получился пируэт. Все устремили свои взоры на нас.
— Женя, что происходит? — Василь Василич подошёл к шкафу и открыл дверку, достал из него пакет с чудесным запахом рыбки. Я сел напротив. Я его нашёл. Я заслужил. Я всем видом показывал Василичу, что за кусочек я готов никогда не обижаться на разговоры про диету! Я вилял хвостом и даже поскуливал.
— Ребята, это чьё? — начальник с трудом сдерживал улыбку.
— Василь Василич, это моё, — смущённо сказал незнакомый мне человек, — с тестем собрались в баньку сходить после работы, сокращённый день же...
— Вот, делись теперь с Грэем, он молодец, он заслужил, — Василич подмигнул мне. — Жень, позволишь кусочек?
— Как я могу начальнику перечить? — улыбнулся Женя.
День прошёл чудесно. Несмотря на мороз, я быстро уснул, согретый теплом и любовью сегодняшнего дня. С понедельника выхожу на службу. Теперь я не курсант, а настоящий сотрудник полиции.

Татьяна АРАБАДЖИ



Просмотров: 1627