От фигуры умолчания к реабилитации памяти

7 июня 2016 г. в 19:00

Коллаж Ларисы Бакановой

Категория: Общество

То, что параллельные прямые не пересекаются, — аксиома. Однако, подъехав к зданию администрации Таштыпского района и увидев портрет Ивана Штыгашева, расположенный напротив её окон, я подумала, что даже не требующее доказательств утверждение в реальной жизни может выглядеть совсем по-другому, и долгие параллели, когда глядишь на них вдаль, сквозь время, обязательно соприкасаются искрящимися точками истины.

И совсем неудивительно, что наш разговор с главой Таштыпского района Василием Ивановичем Шулбаевым начался именно с пересечённых параллелей, одна из которых — путь 19-летнего Михаила Ломоносова в Москву с рыбным обозом, другая — дорога нашего 16-летнего земляка, мальчишки, даже не знающего русского языка, но будущего писателя-просветителя, переводчика и миссионера Ивана Штыгашева в Кузедей, ближайшую от его родного Матура школу Алтайской духовной миссии.

Поперёк бурного течения

Параллель «Ломоносов», конечно же, изучена досконально, даже путь его с санным обозом, начатый 15 декабря 1730 года, зазубрен школярами до километра и произведён в подвиг. Это правильно.
Но сожаление вызывает тот факт, что дорога Ивана Штыгашева, начатая без малого 150 лет спустя (15 августа 1877 года), не просто не была подвергнута пристальному изучению. Весь жизненный путь его, посвящённый, без высокопарности, родной земле, своему народу, его просвещению и приобщению к православию, оказался забытым практически на столетие.
Хотя, учитывая реалии того времени, нравственный подвиг Штыгашева, стремление изменить жизнь близких людей, повернув их к свету истины и знаний, в масштабах Хакасии и Сибири, пожалуй, не менее значим, чем достижения Ломоносова, которому, как ни посмотри, было легче: он находился в своей культурной среде, в своём этносе, где к тому времени стремление к грамоте считалось похвальным, был православным. А как иначе?
Отроку же Штыгашеву, инородцу, принадлежавшему по отцу к народу кара-шор а по матери бывшему сагайцем, предстояло изменить многое, пойдя не по наезженному пути, а, напротив, поперёк бурного течения. И немало сил потребовалось ему, чтобы выучиться самому и после изменять жизненные традиции своего народа, обучать людей грамоте обычной и духовной.
Достаточно заметить, что и сегодня отношение к Штыгашеву разнится, так велики сила и значение изменений, привнесённых им в традиционную культуру.

Рождение пастыря

— Вообще Иван Матвеевич Штыгашев, отец Иоанн — ключевая фигура в изменении самосознания сразу нескольких народов — алтайцев, шорцев и хакасов. По большому счёту именно он стоит у истоков оформления национальной идеи, народа в целом, и в нашем районе это чувствуется особенно. То, что происходит сейчас — мы вспоминаем имя его, его труды, его жизнь и подвиг, — показывает, что Штыгашев был настоящим пастырем для людей, живущих здесь. И покровительство его, даже несмотря на то, что в атеистические времена имя это было предано забвению, всегда чувствовалось здесь, — говорит Василий Шулбаев. — Это очень сильное ощущение. Более ста лет назад, окончив Казанскую учительскую семинарию, он писал: «Считаю необходимым посвятить себя родному краю... Главная цель моей будущей деятельности должна состоять в том, что, во-первых, зимой я буду учить детей грамоте, хотя между учением, может быть, придётся отлучаться от школы по аилам на лыжах, во-вторых, летом буду ездить по юртам черновых кочевников с евангельскою проповедью и, в третьих, думаю заниматься переводом книг религиозного содержания с алтайского языка на своё шорское наречие».
Такая жизнь на родной земле была ему милее научной или духовной карьеры, которую он непременно сделал бы, останься в Казани, как прочили его наставники. Вот эта его любовь к родной земле, к своему дому, к людям, жизнь которых он хотел сделать светлее и правильнее — пример нам всем. Сегодня, выступая перед молодыми людьми, оканчивающими школы, я много говорю об этом. Стремление Ивана Штыгашева постичь истину, его любовь к знаниям и готовность делиться тем, что он умел, вкупе с его патриотизмом — самые верные ориентиры для тех, кто сегодня начинает жить.

Чтобы нести свет

На самом деле биография Ивана Штыгашева показательна для всех. Когда читаешь «Записки сына земли матурской», состоящие из частей «Поступление в училище и продолжение учения шорца (алтайца) Ивана Матвеевича Штыгашева» и «Путешествие алтайца в Киев, Москву и её окрестности», не устаёшь удивляться.
Во-первых, прекрасному русскому языку, стилю изложения, который даже описание быта превратил в литературное произведение, интересное и с языковой, и с исторической, и с этнографической точек зрения.
Во-вторых, содержанию, рассказывающему, через какие физические и духовные испытания пришлось пройти этому, по сути, мальчику только для того, чтобы выучиться.
В-третьих, цельности его, непоколебимой уверенности в том, что человек должен жить для того, чтобы нести свет, делать жизнь окружающих правильнее и чище.
— Уверен, его произведения должны стать настольными книгами для всех, кто по-настоящему любит Хакасию. Я честно признаюсь, что открывал для себя этого человека через его произведения, и просто иногда дух захватывало, когда читал подробности жизни сагайцев, алтайцев, шорцев. По сути, в то время мы были одним народом, ведь наименования «хакасы» ещё не было в обиходе, — продолжает Василий Шулбаев. — Все назывались инородцами, принадлежащими к разным племенам. Множество интересных фактов о повседневной жизни конца XVIII века, бытовых картинок, размышлений о том, как сделать жизнь лучше, внутренние искания, путь к свету. Я читал и сожалел о том, как мало знаем мы об этом человеке — здесь, на его родине. А когда побывал в краеведческом музее Таштагола, увидел его портрет, висевший первым среди просветителей и подвижников Алтая, серьёзно задумался: а почему у нас он так и остаётся в забвении?

Возвращение к истокам

Поэтому Таштыпский район (объяснимо — он здесь родился, жил, работал, проповедовал и учил детей, строил храм, занимался миссионерской деятельностью, окончил земной путь и похоронен на родине, в Матуре) и стал инициатором проведения в Хакасии Года Ивана Штыгашева. Эта инициатива была поддержана главой республики Виктором Зиминым, который возглавил оргкомитет по проведению мероприятий, посвящённых первому подвижнику земли хакасской.
Епископ Абаканский и Хакасский Ионафан также поблагодарил руководство района за эту инициативу: «Отец Иоанн Штыгашев — светлая личность в истории Хакасии, важный деятель духовной культуры. К сожалению, его роль в истории во времена безбожия замалчивалась. Безусловно, должна состояться реабилитация его памяти, возвращение к истокам».
— Именно это — восстановление духовных скреп, возвращение к истокам — является для нас сегодня одним из важнейших направлений деятельности. А Иван Штыгашев — один из достойнейших сынов Хакасии, жизнь свою посвятивший родине, — знаковая фигура в этом направлении, — говорит Василий Шулбаев. — Все его произведения о труде во благо родной земли, его чаяния должны вести нас, сделаться примером для нового поколения. Мы обязательно вырастим поколение целеустремлённых, умных, нравственных людей, мы работаем над этим, а память о делах, литературные труды Ивана Штыгашева являются краеугольным камнем в основании этой работы. Конечно, существует некоторая привычка сетовать на непростые времена, но я убеждён, что кризис — это всегда в голове. Меняется образ мыслей, начинается конструктивная работа, и кризис заканчивается. Тем более дорога указана, направление задано, есть куда идти...

Э, Кудай, мен кантым?!

...А если охватит смятение, то нужно вспомнить строки из произведения «Поступление в училище и продолжение учения шорца (алтайца) Ивана Матвеевича Штыгашева» о том, как он блудил по непролазной тайге, добираясь до Кузедея, и какие опасности — тысячи! — подстерегали его на пути, среди которых дикие звери и немирные разбойники не были самыми страшными. Тяжелее были нравственные муки от расставания с родным посёлком, матушкой, страдания от того, что идёт наперекор традициям, сложившимся в то время: «Едучи по этой страшной для меня дороге я чуть-чуть не повернул назад... Оставленные мною на родине любезные и дорогие мне лица и предметы и слёзы матери пришли мне на память в настоящем жалком положении, затронули во мне сердечные струны и вдруг согласно заговорили: «Не лучше ли вернуться домой? Друзья твои гуляют и веселятся во всём пылу своей юношеской воли. Для них нисколько не завидна твоя участь, напротив, она им кажется позорной. Может быть, говорят они, ты убежал, не желая кормить и беречь свою мать! Воротись-ка лучше. А мать-то, мать! Как она обрадуется при виде тебя! Какое удовольствие доставишь ты ей! Домой! Домой!.. Я уже, остановив свою лошадь, колебался, не зная, куда ехать — вперёд или назад. Плакал, рыдал, раскаивался в том, что не послушал совета своей матери, наконец, в отчаянии закричал: «Э, Кудай, мен кантым?» («Господи, что мне делать?») Вдруг, по произнесении этих слов, во мне заговорил другой, давно знакомый голос, чуть не произнеся вслух следующие слова: «Учиться надо тебе — хорошим человеком будешь».
Божий промысел, чудо? Как бы то ни было, но на пути отрока Штыгашева всегда было много искушений «жить, как все» и огромный нравственный посыл изменить жизнь, сделать её лучше.

Величина первого порядка

Народный писатель Республики Алтай, известный востоковед-тюрколог Бронтой Бедюров, благодаря которому в большей мере и состоялось новое открытие имени Штыгашева в истории, называет Иоанна Штыгашева духовным лидером всех алтайских народов: шорцев, сагайцев, алтайцев и самым выдающимся сыном Хакасии.
— К сожалению, Штыгашев стал фигурой умолчания не только в литературе и просветительской деятельности, но и в тюркологической науке. Тем не менее он — величина первого порядка не только таштыпской, алтайской или, скажем, матурской земли. Масштаб его личности важен для всей Сибири. Самородок, человек острого, пытливого ума, глубокой внутренней культуры, талантливый публицист и лингвист, он отменно владел шорским, сагайским и алтайско-телеутским наречиями родного языка, а русский был языком, на котором он писал и творил. Его активное участие в содействии своему наставнику и учителю В.И. Вербицкому в составлении и собирании лексики и последующем печатании в Казанской типографии знаменитого «Словаря алтайского и аладагского наречий тюркского языка», классического труда, вошедшего в золотой фонд тюркологии, не оценены достойно нами, потомками, по сей день, так же, как и значение его переложений христианской литературы с канонического алтайского на шорский и сагайский наречия, а тем самым разработки и закладывания им основ письменной литературной традиции для будущих хакасов и шорцев.
Например, в «Очерках истории хакасской советской литературы», изданных в 1985 году, Иоанн Штыгашев не упоминается ни как писатель и переводчик, ни как учитель и просветитель, ни тем более как священник. А между тем он начинал свою деятельность на стезе просвещения значительно раньше, нежели более известные и знаменитые в тюркологической среде учёные выходцы из «абаканских татар» Н.Ф. Катанов и С.Д. Майнагашев.
— Бронтой Бедюров был приглашён в Таштып в 2014 году на празднование юбилея района, — вспоминает Василий Шулбаев. — Он побывал везде, где жил и работал Иван Матвеевич Штыгашев, и высоко оценил старания жителей района по сохранению памяти о первом хакасском просветителе, назвав всё население Таштыпского района его духовными детьми, а самого Штыгашева — родным отцом шорской, алтайской и хакасской культуры.

Рукописи не горят

— Мы горды такой оценкой и считаем её правильной, — продолжает Василий Шулбаев. — Сегодня в Таштыпском районе нет человека, не знающего ничего о жизни отца Иоанна, его просветительской и миссионерской деятельности. В рамках Года Ивана Штыгашева в Хакасии все учреждения образования, культуры и спорта проводят мероприятия, посвящённые его памяти. Их много, и они как будто дали новый толчок к духовному развитию района. В 2015 году Советом депутатов Таштыпского района был объявлен творческий конкурс, посвящённый 155-летию со дня рождения Ивана Штыгашева. На конкурс поступило огромное количество работ. Самые разные — статьи, рассказы, стихотворения. И авторы разных возрастов — учителя, пенсионеры, школьники и даже дошколята, впервые пробующие себя в творчестве. Для нас был показателен такой интерес к своему земляку, прошедшему нелёгкий жизненный путь, посвятившему себя служению Богу и безгранично преданному своей малой родине, её народу. Эти работы стали основой книги, которую мы хотим издать. Хочется увидеть её немаленьким тиражом, ведь, к сожалению, литературы, которая живо рисовала бы нам этого человека, кроме тех произведений, что написал он сам, очень мало. Да и его произведения, которые, хотелось бы, чтобы они стали настольными книгами в Хакасии — пока библиографическая редкость. Мы надеемся, что это упущение будет исправлено.
На самом деле это имеет огромное значение. Достаточно вспомнить известного историка Ключевского, утверждавшего, что политическое и экономическое возрождение невозможно без возрождения духовного и морально-нравственного, и мы не единожды получали этому подтверждение. В районе постоянно увеличивается финансирование сферы культуры, ведётся строительство культурных объектов, школ, детских садов.
В 2015 году начато строительство шорского этнического центра в Тлачике. Ранее были построены и успешно функционируют музей «Малоарбатская писаница», культурный центр «Казацкая изба».
Но важным и ответственным делом я считаю содействие власти в строительстве православных храмов, которые были и остаются основой духовной и нравственной жизни православной части общества. Это корневые моменты, актуальность которых сегодня предельно высока. Я вспоминаю рассказ Иоанна Штыгашева о том, как своими силами, с помощью семьи и нескольких воцерковлённых людей в 1905 году ему удалось воздвигнуть храм в Матуре — без техники, финансов — как говорится, с Божьей помощью. И понимаю, что сегодня наш долг построить храмы в центральных усадьбах каждого сельсовета Таштыпского района. Это очень важно, и уроки истории, и память людская подтверждают это.

Жить по совести

Во всё время служения отца Иоанна его родное село, Матур, было духовным центром большой территории, где жили алтайские, шорские и сагайские народы. Благодаря Иоанну грамота для местного населения стала правилом, а не исключением, а жизнь по заповедям становилась единственно возможной.
Мы чуть было не утратили это — в пылу разных революционных изменений и перестроек потеряли несколько поколений людей, начали путаться в жизненных ориентирах. Хотя, казалось бы, так просто жить по совести, полагаясь на волю Божью, как жил Иоанн Штыгашев. И сегодня в Таштыпском районе вырастают новые храмы. В центре Таштыпа, на том месте, где стояла прежде белокаменная церковь, теперь построена часовня, в строительство которой внесли свой вклад неравнодушные жители района. И такими людьми богата наша земля. Так, благодаря Виталию Артемьевичу Чучалину совсем скоро, на Троицу, будет открыт храм в Арбатах. Кроме того в районе завершается строительство храма в Матуре, строится часовня в Кубайке. Это вдохновляет людей и помогает им, изменяет жизнь — так же, как изменили стремление к знаниям и вера жизнь самого Иоанна Штыгашева.
Он посвятил себя служению народу, много трудился и как миссионер, неся благую весть по отдалённым территориям Енисейской губернии, Минусинского уезда, Урянхайского края.
В 1913 году вновь, как в юности, по суровой тайге едет он по стойбищам черновых кочевников, проезжая Убсунурскую котловину, озеро Кара Коль, Малый Анзас, по Алашу на Хемчик, потом, перевалив через вершину Джебыша, вернувшись на Абазу. Много встреч произошло во время этой поездки, в том числе с шаманистами, буддистами — и искренняя вера Штыгашева меняла этих людей, делая их христианами — свидетельство этому его миссионерские заметки, к сожалению, пока мало изученные.
Сегодня администрацией Таштыпского района совместно с государственным природным заповедником «Хакасский» под эгидой Русского географического общества разрабатывается туристский маршрут этой последней миссионерской поездки священника Иоанна Штыгашева. Есть надежда посетить памятные места и увидеть их глазами самого Ивана Матвеевича, ведь путь его, пролегавший тогда через глухую тайгу, и сегодня изменился мало, идёт через заповедные, нетронутые земли.
— Я уверен, что это будет один из интереснейших туристских проектов Хакасии, объединяющих в себе уникальную природу нашей территории, исторические события начала прошлого века и нравственную, просветительскую составляющую миссионерской поездки, — считает глава Таштыпского района. — Хотелось бы, чтобы замысел можно было быстрее воплотить в жизнь.
Интересна для нас и идея пройти первый путь Ивана Штыгашева до Кузедея, это 300 вёрст (чуть более 320 километров) напрямую по тайге. В своих произведениях он указал точные ориентиры, и для исследователей его жизненного пути, учёных и этнографов такое путешествие будет архиинтересно. Сегодня мы можем добраться до бывшего духовного центра Алтайской миссии, посёлка Кузедей (он ныне стал ничем не примечательным райцентром), и на автомобилях. По торным дорогам 1238 километров пути. Но в таком путешествии интересного мало. А вот если пройти из «точки А» — Матура до «точки Б» — Кузедея по следам Ивана Штыгашева, то, думаю, путешественника-исследователя ждёт немало открытий.
На самом деле восстановление исторической памяти и справедливости в отношении первого просветителя Хакасии сегодня вопрос не только совести. Личность отца Иоанна Штыгашева в истории, масштаб его деятельности в Хакасии и Сибири не изучены и не оценены. Необходимость этого диктует само время. Он жил для своей родины. Самые искренние строки произведений его посвящены любви к матери, к родной земле, своему народу. Он родился в Матуре и умер здесь же. Похоронен был рядом со своим храмом.
— На месте его упокоения будет воздвигнута часовня-памятник, ведутся проектные работы, — рассказывает Шулбаев. — Всегда в ней будет теплиться лампада, свеча памяти о человеке, жившем для людей. Огонь в ней, тёплый и светлый, предназначен для того, чтобы каждый — хакас, шорец, алтаец, русский — мог видеть правильную дорогу. Его когда-то зажёг сам отец Иоанн Штыгашев. И пламя это не угасло и не угаснет никогда.

* * *

Отец Иоанн Штыгашев — светлая личность в истории Хакасии, важный деятель духовной культуры. К сожалению, его роль в истории во времена безбожия замалчивалась. Безусловно, должна состояться реабилитация его памяти, возвращение к истокам.

Елена АБУМОВА, Абакан — Таштыпский район — Абакан

Оставить комментарий

Тема дня

В Хакасии начался сбор средств и гуманитарной помощи для жителей Красноярского края

Сбор средств пострадавшим от пожаров в Красноярском крае начался по поручению главы Хакасии Виктора Зимина.