Ветеран спорта республики продолжил рассказ о своей жизни

17 февраля 2015 г. в 18:08

Коллаж Ларисы Бакановой

Категория: Культура и спорт

Юрий Лебедев — основоположник настольного тенниса в Хакасии. Начало интервью с ним читайте в № 23 от 11 февраля. Сегодня же — окончание начатого разговора.

Теннис или пение?

— Когда я работал на заводе обмотчиком, у меня с деньгами проблем не было. Допустим, полетела бобина у мотоцикла. В то время перемотать её могли только в Ачинске и ещё в одном городишке под Тюменью. В наших мастерских проводов с необходимым сечением хоть днём с огнём ищи — не найдёшь. А у меня был запас. Многие об этом знали, отправляли ко мне. Я мотал быстро и за определённую сумму. Три шкуры ни с кого не драл. Кроме того, насосы мотал. Сгорела «Кама». Всё, конец. Ехать в Ачинск? Долго очень. Спрашивают: «Сможешь помочь?» «Смогу». А деньги на карман. Вопрос в другом: куда я их девал? А я большую часть пускал на развитие настольного тенниса. Соревнования провёл — призы победителю, призёрам. Ракетки пришли в негодность — вот вам новые. Нужна резина для ракетки — подождите, куплю. Например, Ирине Запеваловой привозили резину из Японии. В нашей стране такой не было.
Понимаете, я не зависел ни от каких спорткомитетов. Мечта любого тренера.
— Юрий Дмитриевич, а как у вас Ирина Запевалова появилась?
— Она сначала занималась у Ольги Черных (теперь она Павлюченко). Там я её первый раз и увидел. Шустрая такая. Заметно выделялась на фоне остальных. Ольга мне говорит: «Возьмите Иру себе. Я с ней ничего не могу сделать». Подзывает её: «Будешь заниматься у Юрия Дмитриевича». Она: «Я не пойду». Та ей: «Как не пойдёшь? У него ты быстрее всему научишься». Приходит на другой день ко мне на тренировку. Села и сидит, не уходит и не играет. Я взял её за руку, подвёл к столу, и начали заниматься. Одарённая она была необычайно. Росла в профессиональном плане, как говорится, не по дням, а по часам.
Родители Иры тоже работали на мехзаводе, поэтому меня очень хорошо знали. Отец был нормировщиком, мать — бухгалтером. Участвовали в спартакиадах, которые я проводил. А я в программу соревнований помимо футбола, лёгкой атлетики, баскетбола, волейбола, шахмат, шашек, городков специально включил настольный теннис. Сложившиеся отношения и помогли мне удержать Иру в теннисе.
— Могла уйти?
— Могла. Ей нравилось петь. Родителям — тоже, они её возили с собой на различные концерты. Съездить в Усть-Абакан с выступлением от завода в советские годы было делом обычным. Один раз её с собой взяли, другой — естественно, девочке понравилось. Теннис стал отходить на
задний план. А я в то время считал нужным ходить по домам, квартирам. Знал, кто и где живёт. Кому-то рассказывал о достижениях и неудачах их детей. Кого-то агитировал просто прийти на тренировку ради интереса. Завлекал, как мог. Пришёл в один из дней и к Запеваловым. Ребёнок, объясняю, уникальный. Может добиться высоких результатов в теннисе. Они пообещали мне содействие. «Больше делать так не будем», — сказали.
— То есть поставили на ней крест как на певице...
— Не поставил. Попросил на заводе купить радиолу. Принёс покупку на стадион «Торпедо», где мы занимались. Включил музыку. «Это, — говорю, — Ира, твоё. Будешь сама командовать, но и пластинки сама покупать». Любил человек музыку, надо же было её как-то переманивать. А радиола, между прочим, тогда считались дефицитом.
Потом мы уже начали после тренировки концерты организовывать. Она сама этим и занималась. Приходили родители, рассаживались. Конферансье объявлял номера. Выступала и Запевалова. Стихи она здорово читала. Мороз по коже шёл.
— Из ваших воспитанниц она единственный мастер спорта международного класса по настольному теннису. Помните её первые победы?
— Она сразу начала побеждать. Я постоянно ставил перед ней всё более высокие задачи. Ей, например, было разрешено подрезать один раз за партию. «Подрежешь больше, — говорил, — я тебя либо сниму с соревнований, либо на следующие не возьму».
— А почему?
— А зачем? Она — человек быстрый, координированный, значит, надо играть на скорость, правильно? А подрезать — это замедлять темп, в то время как тебе сам бог велел атаковать.
Что я практиковал — игра на счёт с переходами. Игра восьмёркой. Игра на скорость.
С девочками она почти не тренировалась. Ставил я её с более сильными парнями. Таких, как она, у меня больше не было. Послушная. Трудолюбивая. Пять дневников вела. Один — по питанию, два — только по эмоциям: положительным и отрицательным…
А «мастера спорта международного класса» выполнила на первенстве Европы. Выступала в команде. Встречаем в аэропорту, и первая фраза: «Ну даёт ваша воспитанница, почти всех обыграла!» В Хакасии, между прочим, она первая, кто выполнил норматив мастера спорта международного класса.
Сейчас Ирина живёт с семьёй на Дальнем Востоке.

Что наша жизнь? Борьба

— На первый свой Кубок европейских чемпионов мы попали благодаря Владиславу Торосову. Владислав Михайлович стал уже тогда заместителем председателя Хакасского облисполкома. Знал прекрасно, что нам надо ехать в Европу, а денег на поездку нет. Он нашёл, как бы сейчас сказали, спонсора и расхвалил нас так, что деньги тут же нашлись.
— И как вы тогда на Кубке европейских чемпионов выступили?
— Мы тогда в восьмёрку сильнейших вошли. Из всех советских команд в Вене мы показали самый лучший результат. Вышли играть против сборной Австрии. Запеваловой говорю: «Ира, ты будешь играть первой, с самым сильным номером в их команде». Объяснил ей, какую скорость выбрать, как за мячом бегать, как сделать так, чтоб соперница не успевала восстанавливать дыхание… А Ира тогда уже была победительницей первенства Европы. Казалось бы, опытная, но свой первоначальный страх перед довольно опытной чешкой, выступавшей за Австрию, перебороть не смогла. Первую партию проиграла. Я ей: «Ничего страшного, настраивайся, борьба должна быть. Она дрогнет. Она дрогнет, потому что думает: «Ты слабая, ты из какого-то зачуханного Абакана». В итоге Ира выигрывает со счётом 3:1. В общекомандном зачёте мы тоже одерживаем победу — 4:3.
По жребию выпало нам играть с Венгрией… Они в своё время были чемпионками Европы. Но меня пугало не это. Согласно проведённой жеребьёвке играть предстояло в… Абакане. Готовимся ехать уже домой. Билеты куплены. А я про себя думаю: «Если принимать венгров дома, нужна валюта. По правилам, от Москвы до Абакана они должны лететь за наш счёт. А где взять такие деньги?» Сижу, переживаю. Стук в дверь. Заходит венгерская делегация с переводчиком: «А вы бы не согласились сыграть с нами здесь?» Я думаю: «Как здорово!» Слушаю их и не верю своим ушам. Предлагают провести учебно-тренировочные сборы в Австрии, а все расходы без исключения взять на себя, только бы мы согласились. Я говорю: «Ничего конкретно сейчас сказать не могу, нужно позвонить в Абакан. Приходите часа через два». Звонить я, конечно, никуда не стал. Сами понимаете, что мог услышать в ответ (улыбается). Собрал команду: «Вам нравится город? Хотите здесь ещё пожить?» А мы жили в пригороде Вены. Вена, на мой взгляд, — один из лучших городов в Европе в плане озеленения. Например, Англия, где я тоже был в 1966 году на чемпионате мира по футболу, Австрии заметно уступает. Так мы и остались на десятидневные сборы. Тренировки шли в усиленном режиме. Тем более в таких царских условиях. Один только бассейн с подогревом воды чего стоил!
Победу над командой Венгрии мы одержали со счётом 4:1. Не скажу, что всё прошло легко. Первой играла опять Ира. Досталась ей в соперницы победительница первенства Европы. Заруба была ещё та. Венгерка явно недооценила Запевалову. Счёт стал 1:0 в нашу пользу, потом 1:1. В такой же борьбе. А затем… Затем венгерские теннисистки дрогнули. Всё сопротивление как корова языком слизала.
Игра закончилась, а у наших соперниц, смотрим, траур: такие деньги вроде как впалили, а какая-то неизвестная команда их победила. В Москву звоню гостренеру по настольному теннису Юрию Палычу Шрамкову: «Мы обыграли венгерок». В ответ слышу: «Как вы их могли обыграть?» «Не верите мне, завтра читайте «Советский спорт», там всё написано».
— Юрий Дмитриевич, давайте отмотаем время назад: 1966 год, Англия, чемпионат мира по футболу. И вы среди зрителей.
— Англия, по большому счёту, мне очень понравилась. Я там был как турист. Посмотрел практически все матчи вплоть до финала. А как попал? Спорткомитет Красноярского края решил поощрить меня за работу, проводимую в последние годы. Я ведь не только настольным теннисом увлекался. Был председателем трёх федераций — теннисной, хоккейной и футбольной. А от Красноярского края делегировали пять человек. Советская делегация состояла в основном из президентов федераций по футболу. Оказались среди нас и те, кто очень хорошо владел английским. Проблем с общением не было.
Я, кстати, и в Северной Корее был с командой шесть раз. Там такие залы! Такие условия! И уровень… Наши теннисисты рядом не стояли.
— А вы болельщик заядлый?
— Я всю свою жизнь болею только за ЦСКА. И всю жизнь люблю читать книги. Любимый автор — Джек Лондон.

...Уже при расставании Юрий Дмитриевич заострил внимание на аромате, который царил в его квартире.
— Воздух какой здесь? Что можете сказать? — сделал он паузу. — Я вплотную занимаюсь ароматами. Ольга Павлюченко ко мне приходит, планируем обучать этому делу студентов ХГУ. Ароматам цены нет. И кедр, и сосна, и масло пихтовое... Особенно в бане. Даже из Сочи, бывало, привозили веники париться. До Красноярска долетаешь, оттуда в Абакан. В самолёт заходишь, лётчики, учуяв аромат: «А нам что-нибудь будет?» «Конечно. Хоть сейчас забирайте в кабину». А веники в бане хороши разные — и берёзовые, и дубовые... Рекомендую осиновые. Ароматы помогают очень здорово. И для здоровья, и для восстановления после тяжёлых нагрузок хороши. Эта тема особая. Слышу иногда: «Вот он играть не может — простыл». У меня такого не бывало. Говорить можно долго...
Это точно. Глядя на журналы, выписываемые моим собеседником, даже не сомневаюсь. Все они нацелены на сохранение здоровья, на ведение здорового образа жизни.

Александр ДУБРОВИН

Материалы по теме

Оставить комментарий